Вестник Истины, 2020

я сделать это сразу. Если он едет на машине, то тут же останавливается, молится и только потом от- правляется дальше. Иван Яковлевич Антонов тоже был верен в слове. Однажды он встретился с неверующими родителями моей жены. Моя тёща, Вера Яковлевна, была главным агрономом колхоза. Иван Яковлевич миролюбиво по- говорил с ними и пообещал: Верность в жизни христианина «Вера, я буду за тебя мо- литься». На совещаниях Со- вета церквей он часто под- ходил ко мне и спрашивал: «Как там Вера Яковлевна?» Было ясно, что он помнит её и выполняет своё обеща- ние. Как он радовался, ког- да узнал, что она покаялась и приняла крещение! От верных людей тре- буется исполнительность: если пообещал — сделай так, как говоришь. Верность в страданиях Христиане страдают не только тогда, когда идут массовые гонения за веру. Скорби бывают различные: духовные, душевные, фи- зические. Кого-то сильно огорчил ближний, кто-то потерял дорогого человека, а кто-то переносит тяжёлую болезнь. У апостола Павла был такой период, когда его дух никак не мог успоко- иться (2 Кор. 2, 13). Иисус Христос смертельно скорбел душой в Гефсимании. Я долго не знал, что та- кое хоронить родственников. А потом наступило тяжёлое время, когда одна беда при- ходила за другой. Три мои сестры стали вдовами, по- теряв своих мужей ещё в молодом возрасте. Я похоро- нил родного брата, с кото- рым мы были очень близки. Было невыносимо тяжело расставаться с ним в по- следний раз. В тот вечер я знал, что он не доживёт до утра. На моих глазах уми- рал Вениамин Александро- вич Маркевич. Переносить всё это нелегко. Но даже в тяжёлых переживаниях мы должны хранить верность Богу. Мы много лет трудились вместе с Григорием Васи- льевичем Костюченко. Ещё до того, как я стал служи- телем, у меня с ним были искренние отношения. Он был активный, остроумный, смелый, решительный. Мне казалось, что он не старел. Как-то раз нужно было поехать в одну местность. Я был занят, поэтому решили, чтобы это сделал Григорий Васильевич с ещё одним братом. Но дорога оказалась тяжёлая. Дни стояли сырые и холодные. Назад братьям пришлось добираться в хо- лодном ПАЗике целый день. Григорий Васильевич вер- нулся домой больной. Впоследствии у него об- наружили рак лёгких. Он сильно страдал, но всё пе- реносил спокойно и муже- ственно. Я не верил, что он умрёт, настолько я к нему привык. Однажды он мне сказал: «Я уже на финиш- ной прямой», — и начал давать последние настав- ления. А я с ним не со- глашался: «Григорий Васи- льевич, мы ещё поживём и потрудимся». Потом у нас был семи- нар служителей, на кото- ром собралось около двух- сот человек. Я помню его последнюю проповедь. Он произнёс её, и ему стало плохо, пришлось уносить его с кафедры. Он умер через два дня. Я разговаривал с ним за не- сколько часов до смерти. — Григорий Василье- вич, может, у вас есть ка- кое-нибудь пожелание или просьба? — Денег трати