История жизни Дмитрия Васильевича Минякова 1921-2012 г.г.

Дмитрий Васильевич об этом не знал. Прошло 12 суток поста. В камеру к нему пришла тюремный врач. — Мы вынуждены кормить тебя искусственно... — Дело ваше... — Начни принимать пищу... — Не буду. 8 ВЕСТНИК ИСТИНЫ №1, 2012 (приложение) «ВЕРОЮ ПОБЕЖДАЛИ ЦАРСТВА...» Дежурный солдат усадил Дмитрия Васильевича на стул, заломил ему руки за спинку стула и по¬ вернул его голову с такой силой, что Дмитрий Ва¬ сильевич потерял сознание. «Я не отвечаю за его жизнь...» — заявила в тре¬ воге тюремный врач и ушла. Тюремное начальство засуетилось. — Пиши жалобу, — предложил заместитель на¬ чальника Черных и положил перед Дмитрием Ва¬ сильевичем блокнот. «Разрешите служителю нашей церкви Ивану Га- уфу совершить причастие (преподать мне вечерю Господню), — написал изнемогший узник, — и по¬ звольте моей жене попрощаться со мной». Эти просьбы не удовлетворили. На 13-й день поста к Дмитрию Васильевичу приехали представители из прокуратуры. Увидев его состояние, они поторопились переправить его в городскую больницу. На 14-е сутки работники прокуратуры пред¬ приняли попытку ещё раз заставить его принять пищу. Угрожали, а потом неожиданно заявили: «Пусть жена заберёт тебя домой...» Дмитрия Васильевича вынесли на носилках и отдали под расписку жене. Почему так резко изменилось к нему отно¬ шение, Дмитрий Васильевич узнал только дома: верующие Барнаульской церкви, как уже гово¬ рилось, сдали 92 паспорта и 21 военный билет, а в заявлении правительству просили прекра¬ тить уголовное дело, возбуждённое против Дми¬ трия Васильевича. Едва он окреп после третьего незаконно¬ го ареста, на дом приехал сотрудник КГБ Нем- ков и увез его в КГБ. Как и раньше, цель бесе¬ ды не изменилась: подточить силы служителя и сделать его своим агентом. Поскольку взгляды Дмитрия Васильевича остались прежними, Нем- ков в конце беседы злобно сказал: «Не дай Бог, нам встретиться в худшей обстановке!» Дома после тюремной больницы. Ноябрь, 1971 г. Напряжённые годы обольщения Почти два десятилетия (70 — 80-е годы) про¬ шлого столетия не прекращался соблазн авто¬ номной регистрации. Принимали её уставшие от гонений общины, служители которых не пожелали больше страдать. И если зарегистрировавшимся автономно предоставляли временные привилегии, то другим (служителям Совета церквей) продлева¬ ли сроки заключения без выхода на свободу. Тех же, кто решительно отверг путь сделок и не по¬ вернул на путь отступления, стали лишать жизни, чтобы устрашить остальной народ Божий и заста¬ вить искать защиту в регистрации. По братству прокатилась волна трагичных со¬ общений о жертвенном подвиге тех, кто свою лю¬