История жизни Дмитрия Васильевича Минякова 1921-2012 г.г.

будет тебе вечным светом, и Бог твой — славою твоею. Не зайдет уже солнце твое, и луна твоя не сокроется; ибо Господь будет для тебя вечным светом, и окончатся дни сетования твоего» (Ис. 60, 19—20). До встречи, папочка, у Господа. В 1980 году к Господу ушла наша мама, Антонина Михайловна. Она родила девятерых детей. В 1981 году папу арестовали четвертый раз. Это был его последний очень тяжёлый срок, который он отбывал в Магадане. Освободившись, он через время женился на прекрасной христианке — Ксении Илла¬ рионовне. Сегодня от всех детей и внуков, присутствующих здесь, и от тех, которых нет с нами, хочу поблагодарить её, сказать ей огромное спасибо. То, что не смогли сделать мы, дети, сделала она в свои преклонные годы. Она неизменно сопровождала папу в поездках, проводила с ним дни и ночи, заботясь о нём. Где мы вас огорчили, Ксения Илларионовна, или, может быть, не поняли, простите нас. Мы вас любим. Мои дети и внуки передавали вам большой привет и большое спасибо. Какую сложную жизнь прожил наш папа! Первый раз его арестовали, когда я пошла в первый класс. Как сейчас помню, 1 сентября он вёл меня за руку в школу. Перед выходом из дому мы молились. Я сильно плакала. Он стоял рядом со мной и тоже плакал, а по дороге утешал: «Доченька, всё будет хорошо. Мы тебя любим и будем о тебе молиться». Через пару месяцев папу арестовали. В школу приехал следователь из прокуратуры, забрал меня с уро¬ ков и восемь часов держал на допросе, пытаясь узнать: кто занимался с детьми, кто проповедовал и какую работу вёл мой папа в церкви. Потом был суд. На нём я увидела папу улыбающегося, он сидел на скамейке и махал нам рукой. Мы с мамой ездили к папе на свидания. Помню такой эпизод. Мама ожидала ребёнка и везла нас, четверых, к папе. Вышли на какой-то станции в Красноярском крае. Был вечер. Зима. Очень холодно. Мама успела снять со ступенек поезда нас, все сумки, пакеты, кульки, и поезд ушёл. Мы остались на этой пустынной станции, где не было никаких домов. Вдалеке горели огни, виднелась проволока — это лагерь. Мама со всеми сумками и с нами, маленькими, пошла туда, потому что там — наш папа. «У нас личное свидание на двое суток», — пояснила она наш приезд. Дежурный открыл окошко: «Ваш муж лишён свидания...» Помню, как у мамы сумки выпали из рук и она просто разрыдалась. Села и очень долго плакала. Мне было лет 8, Саше — 6, Володе — 4 и Павлику два года. И мы вместе с мамой плакали и плакали. Следующего поезда нужно было ожидать сутки. Мы сидели в комнате и ждали поезда, чтобы поехать назад, так и не увидев папу. Я прошл