Повесть одной жизни, Светлана Волкославская

ее телефон и позвонила, она сразу же пригласила нас с Ростиславом в гости. У нее, как нас предупредили, собирался также быть преподаватель научного атеизма из университета, некто Горохов, профессор. — Поэтому, простите, будем пить не только воду, — подмигнула она мне. Где-то за месяц до этой встречи Ростиславу передали книгу, написанную этим Гороховым. Посвящалась она критике религиозного мировоззрения. Автор приводил высказывания каких-то ему одному знакомых верующих и затем эти высказывания опровергал. Выглядело это примерно так: «Верующий из Сарани Иван Иванов утверждает что гром и молния на небе во время грозы — не что иное, как шествование на огненной колеснице Ильи пророка». Далее следовала критика такого неправильного объяснения физических явлений. Глава, посвященная разоблачению библейских мифов, содержала описания различных, на гороховский взгляд, противоречий в Священном Писании. «Библейское повествование сообщает, что Христос побывал на допросе у Ирода. Возникает вопрос, каким образом Ирод, умерший за четыре года до рождения Иисуса, мог его допрашивать?» Или: «Библейский миф о том, что Иону проглотил кит, несостоятелен. Ученые утверждают, что диаметр пишевода китов составляет... ит. п.» Ростислав без особой охоты отправился со мной в гости к Лиане. «Как я буду с этим Гороховым разговаривать, — ворчал он, — неловко же говорить образованному человеку, что его книга просто несерьезная!» — Аты не говори про книгу, — посоветовала я, — будем просто так общаться. Но встретивший нас в гостиной Лианы профессор, человек довольно молодой, но уже с лысиной, удачно декорированной зачесанными на нее сбоку волосами, сам пошел в бой. «Давно хотел познакомиться, — пошутил он вскользь, — но боялся, что чашку кофе у вас выпить не удастся. У меня без кофе ни одна беседа не идет. Поэтому, вот, решил встретиться с вами у Лианы». Это был намек на наше представление о здоровом образе жизни. Затем, используя тему искусства, о котором все напоминало в доме Лианы, наш собеседник заговорил о картине Гойи «Сон разума рождает чудовищ». Якобы он еще более убедился в справедливости этого тезиса, собирая материалы для своей книги. — Я не думаю, что картина Гойи критикует религиозную веру, — возразил Ростислав, — скорее невежество. — Вы читали мою книгу? — поинтересовался Горохов. — Читал, — ответил Ростислав. — Тогда вы могли бы заметить, что именно невежество и побуждает людей верить. — В своей книге вы сделали из религиозных людей чучело и только это чучело разбили, не более. Где вы только разыскали таких простаков, которые у вас говорят от имени всех верующих? Я заволновалась, видя, что разговор становится напряженным, но, взглянув на Лиану, поняла, что именно этого она и хотела. Ее лениво прикрытые черные глаза светились каким- то мрачным удовольствием. — Вы что же, хотите сказать, что если бы я вас взял за модель, то мне нечего было бы сказать? — полюбопытствовал Горохов, небрежно развалясь в кресле. — Вам