← Research LibraryExact extracted unit
Indexed source
Повесть одной жизни, Светлана Волкославская
Available for full-text research. Open the source to inspect original-language passages and page references.
VerificationThe full text is searchable; full source verification is not yet recorded.
Citation checksNo verified references are recorded yet
Research profileNot current yet
Text fragment 64 (not an original page number)
Unit 64 of 147. Only the selected source passage is shown.
во что же
действительно веровали «жидовствующие», так это их сочинения. А там нигде нет
отрицания Христа, как Бога и Спасителя.
— А ты что, читал их?
— Я — нет, а люди читали. В Москве, в библиотеке имени Ленина можно заказать из
архива.
После такого эмоционального экскурса в историю даже при большом желании было бы
трудно позабыть эпоху объединения русских земель. Это даже помогло мне на экзамене.
Но когда в тот вечер мы по традиции пили у меня на кухне чай с сухариками и молоко, я
еще не знала, что это последний визит Ростислава в наш дом.
ги жа
Прошло около двух месяцев. Я по-прежнему ходила в церковь, по-прежнему пела в хоре,
прикладывалась к образам, но делала это с каким-то внутренним сопротивлением, только
ради мамы. Я боялась огорчать ее.
А с Ростиславом однажды решилась пойти и посмотреть на других христиан —
протестантов.
Они проводили свои молитвенные собрания в маленьком белом домике в Аптекарской
балке. Войдя в чисто выбеленную комнату, можно было увидеть выстроенные рядами, как в
зрительном зале, стулья, а перед ними — кафедру, место для выступления проповедника. У
подножия кафедры стояли живые цветы, а напротив в углу — фисгармония. Я впервые
видела такой музыкальный инструмент с двумя рядами клавиш и какими-то деревянными
катушками над ними. Звук у него глуховатый, отдаленно напоминающий орган, причем
органист во время игры усиленно нажимал ногами на две педали внизу, закачивая таким
образом в меха фисгармонии воздух.
И вот в прихожей и на крыльце старательно вытирают ноги прихожане — люди самых
разных возрастов. Есть среди них такие же пенсионерки, как и хозяйка этого дома, Дарья
Савельевна, и пожилые мужчины, и молодежь, и просто малышня.
Почти все женщины старшего возраста в наглаженных косынках и светлых блузках,
мужчины, даже старички, в костюмах и до блеска начищенных туфлях. Маленькие девочки и
мальчики тоже нарядны, точно все они пришли на праздник! Чинно рассаживаются на
стульях и слушают фисгармонию. Когда она затихает, совершается тихая молитва.Это время
полной тишины, когда молятся не вслух, а про себя, закрыв глаза. Потом поют гимн:
Ближе, мой Богк Тебе,
Ближе к Тебе!
Стремлюсь всем сердцем я
И всей душой.
Хоть труден путь земной,
Но я прошу в мольбе:
Дай ближе быть к Тебе,
Ближе к Тебе.
Мелодия очень красивая, простая и величественная. Позже Ростислав объяснил, что
такое песнопение называется протестантским хоралом.
Я внимательно смотрю на лица людей. Вот юноша, высокий и застенчивый, он поет
очень серьезно, без отрыва глядя в сборник гимнов. Вот две девчушки лет тринадцати, с
тонкими косичками, в розовых кофточках и юбочках плиссе. Эти, напротив, улыбаются в
пении и поглядывают по сторонам. Вот три седоволосые женщины, они знают слова
песнопения наизусть, в глазах их умиление, а руки молитвенно сложены. Как они все нашли
друг друга, что их объединяет?
Почти у всех в руках Библии и у многих в сумках какие-то книги в самодельных
переплетах.
За
Source excerpts
[Повесть одной жизни, Светлана Волкославская. Книга рассказывает о личной истории девушки, влюбленной в сына священника и бунтующей против семейной религиозной традиции. Описывает мир «духовной вольницы» в контексте противосто] ВЕТЛАНА _ Вол Е 9 Аппотайоп Мы все знаем, как злобны и непримиримы бывают те, чьи религиозные чувства «оскорблены», и что они готовы сделать с «предателями» веры. Эта поразительная книга — о настоящих верующих, людях в чьих сердцах живет прощающая и понимающая любовь. Простая история девушки, которая пела в церковном хоре и влюбилась в сына священника, взбунтовавшегося против семейной традиции, представляет широкому читателю практически закрытый для него мир «духовной вольницы» в стране, где и атеизм, и вера порой одинаково воинственны и беспощадны. е Светлана Волк…