← Research LibraryExact extracted unit
Indexed source
Счастье потерянной жизни, Николай Петрович Храпов
Available for full-text research. Open the source to inspect original-language passages and page references.
VerificationThe full text is searchable; full source verification is not yet recorded.
Citation checksNo verified references are recorded yet
Research profileNot current yet
Text fragment 10 (not an original page number)
Unit 10 of 783. Only the selected source passage is shown.
та, перекрестилась и долго еще смотрела им вслед.
Вознесение... Катерина сегодня встала раньше обычного, выгнала скотину в стадо, прибрала в избе, и звон
колокола застал ее почти у церкви. После утренней службы она пойдет к сватам решать уже со свадьбой.
У Луши все валилось из рук, ноги едва держали ее. Кое-как она подошла к зеркалу причесаться.
7
- Неужели все кончено, неужели девичье счастье так коротко? - спрашивала она себя, глядя на свое
отражение в зеркале.
Вдруг где-то далеко-далеко будто послышалось ей рыданье Петькиного баяна... В глазах затуманилось, в
навернувшихся слезах все расплылось, а вместо себя в зеркале ей показалась рыжая копна волос, самодовольная
улыбка на веснушчатом липе жениха. Рыданье бурно вырвалось из груди. Луша бросилась на неубранную
постель, в глазах мелькнула лампада и образ Спасителя:
- Господи! Неужели никому не нужно мое горе? Неужели жизнь так рано потеряна? Неужели счастье
больше никогда не заглянет в мою душу?
Уткнувшись лицом в подушку, Луша неудержно рыдала, одинокая, никому ненужная. В соседней комнате
досыпая, мерно храпели Васька с Полей. Луша одна боролась со своим горем. После взрыва рыданья наступила
тишина, в сердце созрело решение постоять за свою судьбу.
Она опять подошла к зеркалу, но в нем ей снова почудился образ самодовольно улыбающегося
веснушчатого жениха Егора. Луша не выдержала и с силой плюнула в него. Образ Егора дрогнул, расплылся;
вместо него между потеками ей привиделся Петькин картуз, а под ним сам Петька, тот самый, каким она видела
его в последний раз у родника.
- Петька! - прошептала Луша и обоими руками ухватилась за раму зеркала...
В окно кто-то постучал. Луша рванулась к занавеске и отдернула ее. За окном стоял настоящий Петька, в
том же самом картузе. Приложив руку к козырьку, он молча глядел на нее. Как он оказался в избе и как она в его
объятьях, Луша не помнила. Только, придя в себя, она торопливо выпалила:
- Мамка с заутрени прямо из церкви пойдет к Хлудовым, понесет свое последнее слово и уговор о свадьбе.
Понял?
- Понял! - ответил Петр, но оторваться от Луши у него не было сил.
Когда они полюбили друг друга и где договорились о своем счастье, они и сами не знали, но в эту минуту
они были счастливее всех на свете. Так, обнявшись, они посмотрели в зеркало, потеки мешали им видеть себя, и
Петр, ладонью стирая их, спросил:
- А это что такое?
Луша вспыхнула румянцем, на минуту нагнула голову, потом подняла лицо и, взглянув Петру прямо в глаза,
открыла секрет своей давней любви к нему и причину подтеков.
- Ну что ж! Обниматца-то некогда, надо что-то делать! - проговорил Петр и, взяв ее за руки, тихо,
Source excerpts
[Счастье потерянной жизни, Николай Петрович Храпов. Автобиография Николая Петровича Храпова, баптиста, рассказывающая о его жизни как христианина в условиях советских репрессий. Описывает 28 лет заключения, служение в церкви и веру,] Н. П. Храпов Счастье потерянной жизни Николай Петрович Храпов родился в 1914 году в небольшом уездном городке Московской губернии. Ему было всего 20 лет, и он горел первой любовью к Господу, когда его как христианина лишили на 12 лет свободы за светлую веру в Бога. К 1971 году за плечами узника Христова было еще три срока заключения - это еще 14 лет напряженной скитальческой жизни. Будучи членом Совета церквей, Н.П. Храпов 3 марта 1980 года был арестован в пятый раз и, как многие служители гонимого братства, платил высокую цену за независимое от мира служение…