Счастье потерянной жизни, Николай Петрович Храпов

ет, да и от людей терпеть всякое, не зная за что. Так длиться долго не может, да и зачем? Он не сразу понял ее, вернее, даже не знал, что можно подумать. "Если замужество, то это просто удивительно, что девушка так рвется к замужеству? Что она, именно, рассчитывает получить от замужества? Да, но во всяком случае - это самое честное намерение, и это решать надо только им и никому другому." Но вслед за этим, сердце защемило от другого предположения: "А вдруг в ней то же, что в остальных, с кем он встречался до нее? Выходит все они такие, и в ней я не нашел того, чего искал, и ее я должен отпустить, как тех? Нет, тут, конечно, другое! В крайнем случае, почему я должен требовать от нее больше, чем от себя? - продолжал он рассуждать сам в себе, - может быть, как раз во мне, она должна найти опору против того же, что непосильно ей? Нет, ее любви мне не следует бояться. Она полюбила меня доверчиво, беспредельно. Я счастливее ее тем, что имею меру в этом возвышенном чувстве, ей же негде было приобрести ее, поэтому: самое бесчестное с моей стороны, воспользоваться слабостью беззащитного любимого существа и чем-то огорчить ее. Я должен, как юноша, принять, именно на себя, всю ответственность в защите нашей чистой, обоюдной любви как от внешних так и от внутренних посягательств. Она - человек чувств, я, к тому же еще, и человек - сознания. Нет, она, конечно, имеет в виду замужество, и ей не предосудительно спешить с ним - она девушка", - заключил он в себе. - Ты устала? - спросил он ее, как будто не понимал смысла ее выражения, - может быть, присядем отдохнуть или уже лучше пойдем домой? Катя как-то виновато посмотрела на него и, вздохнув, тихо ответила: - Пойдем. - Будем помогать друг другу, чтобы не поскользнуться, - сказал он ей на ходу, обходя дождевую лужу. - Будем, - ответила Катя, с радостью поглядев в его глаза и крепко прижав его руку к себе. Она поняла, что дело не в уличной грязи. Придя домой, они долго, за самоваром, в присутствии Катиной мамы, рассуждали о будущем. Было решено: набраться еще терпения и дождаться, пока Павел переберется в Москву для занятий в университете. Вечером, не без грусти, Катя проводила его на станцию. Дома так же, как и в первый раз, Павел пошел с отцом на прогулку. - Папань! Ты, наверное, знаешь про нашу связь с Катей? Мы любим друг друга и решили к Рождеству повенчаться. Петр Никитович долго молчал после этого сообщения, но потом ответил: - Что ж, сынок, то что вы любите - это хорошо, любите еще крепче, но насчет женитьбы ... дам тебе такой совет: подожди еще, хоть один годик, что-то мне хочется, именно так, сказать. Тебе