Счастье потерянной жизни, Николай Петрович Храпов

- Ну что ж, давайте поговорим об этом сегодня. На этот вопрос мы можем получить много ответов. - Нам как раз они не нужны, нам нужен всего один ответ и безошибочный, - поправил лектора Павел. Лектор задумался над поправкой Павла и почувствовал, что ответить на вопрос не так-то легко, как он привык отвечать на многие, более конкретные вопросы. - Я полагаю, что ответ на ваш вопрос даст нам наша современная действительность, а она строится на материалистическом мировоззрении. - Хорошо, - поддержал Павел, - мысленно мы окинем нашим взором наиболее известные нам материалистические теории. Не находите ли вы, что все они, начиная от Спинозы, а может быть, и раньше, и, включая самую современную, т. е. марксистскую, имеют своею вершиною материальное благополучие? - Да, конечно, и ничто другое. - Несколько отвлекаясь, я должен обратить ваше внимание на сущность самого человека, - продолжал Павел, - ведь мы не должны отрицать того, что человек живет не единым хлебом, а - в отличие от животного мира - обладая разумом и сознанием, он живет еще и духовной жизнью, которая находится в тесной связи с материальной. Пусть материализм отрицает мистические, религиозные контуры духовного мира, но мы не можем отрицать тех невидимых влияний, которые действуют на нас извне, и какими каждый из нас воздействует на окружающих. - Конечно, нет основания отрицать того, что человек - высшее существо, что помимо физического общения друг с другом, он еще осязает окружающее внутренне. Более того, и существующий прогресс подтверждает, что человек живет не только хлебом, - согласился лектор. - Коли так, нам следует установить очень важную истину, что жизнь поддерживается питанием. А это значит, - сказал Павел, - если мы не накормим тело хлебом, оно умрет. Не живет и тот, кто лишает себя духовной пищи, об этом нам подтверждают тысячи самоубийств. Множество живых трупов в домах умалишенных убеждают нас в том, что духовная пища необходима. - И с этим можно согласиться, - кивнул лектор. - Теперь возвратимся к материалистическим теориям и представим себе высокую гору, на вершине которой красуется состояние материального благополучия. По многочисленным тропинкам поднимаются социалисты, утописты - со своей стороны, марксисты со своей и т. д. - Я понимаю вас, - прервал Павла лектор, - но зачем нам говорить об этом, ведь вершина благополучия так высока, что мы даже ясных контуров не можем представить; будем жить более ясными целями, веря в великое будущее. - Хм! Позвольте, а чем же мы тогда отличаемся от религиозных людей, стремящихся к Царству Небесному? И если у материализма нет единой, хотя какой-то относительной цели в далеком б