Счастье потерянной жизни, Николай Петрович Храпов

ми кубиками на фоне зелени, постройка фаланги. Он и минуты не задержался на ней взглядом, но преклонив колена, погрузился в молитву. После молитвы, в мысленном воображении, он представил себе собрание христиан, каким видел его в последний раз - на празднике жатвы в ранней юности - и, припоминая, стал петь один гимн за другим. Потом вслух рассуждал о Слове Божием. В заключительной молитве Павел просил у Господа, чтобы Он послал кого- либо из верующих, хоть православного, самого маленького, так тяжко было ему одному. С горы он спустился таким окрыленным, радостным, напоенным благодатью Божией, при этом вспомнил и Моисея, пророков Божиих и Самого Христа с Апостолами, и их восторг: "Равви! Хорошо нам здесь быть..." Так не хотелось Павлу уходить в поселок и опускаться в этот омут всякой нечистоты и растления. Заключенные женщины находились здесь же, среди мужчин. Некоторые вступали в фиктивные, кратковременные "браки", здесь же, открыто при всех располагались своей "семьей", в лучшем случае, отгородив свои нары простынями. Но неожиданные этапы разлучали такие "семьи", не считаясь с их чувствами и условиями. Тогда в знак протеста, какая-либо из половин, бритвами резали себе вены или другие части тела. Все это так удручало Павла, что он с глубоким воплем молил Бога, чтобы Он сохранил его среди этого Содома. Однажды ему рано удалось выполнить норму, и он спешил, уйдя из забоя (место работы), уединиться в молитве пред Господом. Проходя по высокой насыпи, он откуда-то снизу услышал крик: - Эй, Магда! Вон, твой братец идет! Снизу, из группы этапников, каким полтора месяца назад был сам Павел, поднялся среднего роста мужчина: стройный, одетый в монашескую рясу, в шляпе, с кротким красивым лицом - и, торопливо забравшись по откосу на полотно, спросил Владыкина: - Простите, вы верующий? - Да, я христианин и за имя моего Господа нахожусь здесь, - ответил Павел. - Ой, как я счастлив, братец! - порывисто ухватившись обеими руками, он, не вдаваясь в подробности, обнял Павла. Владыкин пригласил его сесть, и они, усевшись рядом на бровку , с упоением предались беседе. - Я служитель православной церкви, - начал торопливо собеседник, - духовное имя мое - брат Касьян, так как я 14 лет прожил в монастыре и достиг там сана иеромонаха. В свое время закончил духовную семинарию и при наличии монастырского сана, посвящен в сан епископа. Последнее мое подвизание в сане епископа было по Московской области, за что я и осужден на три года. В миру, я значусь - Павел Магда. После высказанного, он с таким восторгом ухватился за руку Владыкина и потряс ее, что тот невольно расположился к Магде, и в свою очередь ответил: