Avakum
Checking archive
← Research Library
Indexed source

Счастье потерянной жизни, Николай Петрович Храпов

Available for full-text research. Open the source to inspect original-language passages and page references.

2,347 passagesText fragments 1–783; these are not original page numberslanguage not recorded
VerificationThe full text is searchable; full source verification is not yet recorded.
Citation checksNo verified references are recorded yet
Research profileNot current yet

Text fragment 584 (not an original page number)

Unit 584 of 783. Only the selected source passage is shown.
Exact extracted unit
телеграмму, с этим же транспортом и отправим, - настаивал Бубликов. Владыкин напряг все усилия и смутно вспомнил адрес тети, затем нехотя, с улыбкой недоверия, написал: "Тетя Поля прошу сообщить жив ли кто из ребят где живут Владыкин" . С недоверием, но чтобы коллега не стыдил его, Павел передал записку с транспортом, повторяя в душе: "Все равно бесполезно, кому я нужен?" - и, не имея уверенности, вскоре забыл о телеграмме. Совместная жизнь Владыкина с Бубликовым протекала во взаимном уважении и доверии, они просто полюбили друг друга. Это во многом повлияло на дальнейшую судьбу и репутацию Владыкина перед производственным начальством. Коллега заметил у Павла незаурядные способности в познании новой профессии и особенно в черчении, отмечая это перед начальником разведки и в управлении. Владыкин со все возрастающим успехом стал производить вычислительные и чертежные работы. Это не замедлило отразиться на его должностном повышении. Однажды, самостоятельно производя работы высоко на террасе, над землянкой, он увидел появление транспорта. Жажда к новостям побуждала его спуститься вниз. Но увлечение новой работой превозмогло. - Павел! ! ! - услышал он через некоторое время снизу, - танцуй! Тебе телеграмма, - махая рукой, позвал его Бубликов. - Откуда там телеграмма, от брянского медведя, что ли? Опять Лазаревич трунит надо мною, - пробурчал Павел и отошел к прибору. - Ты что, не веришь, что ли? - размахивая бумажкой, манил его вновь коллега. Владыкин загорелся любопытством и вмиг спустился вниз. На развернутом бланке он прежде всего заметил штамп родного города, затем подпись - тетя Поля. И только после этого впился в содержание: "Все живы здоровы живут старом месте Поясни кто Владыкин". - Ничего не понимаю, - недоумевающе развел он руками после прочитанного, - ну, хорошо, конечно, что хоть тетя живет на старом месте, но почему она не сообщила о домашних ничего? - глядя на Лазаревича, проговорил Павел вслух. - Ведь не может же быть, что "все живы и здоровы" относится к домашним? Почти шесть лет, как я считаю мать и бабушку умершими, потому что от них не было никакого слуху, а тут - живы, здоровы. Это или путаница, или меня искусно разыграли, - продолжал он. Но все же решил оставить работу и, сев за стол, быстро написал: "Телеграмму я получил, спасибо тетя Поля, но я ничего не понял из нее: кто живы, здоровы? Ведь в 1937 году я получил письмо от матери, она умирала, и писали за нее другие. Может, вы все живы, здоровы - это хорошо, я рад этому, но что с ребятами? Где они? Может быть, они нашлись? Прошу пояснить подробнее. Если ребята живы, то вот я высылаю им 700 рублей денег. Получение

Source excerpts

[Счастье потерянной жизни, Николай Петрович Храпов. Автобиография Николая Петровича Храпова, баптиста, рассказывающая о его жизни как христианина в условиях советских репрессий. Описывает 28 лет заключения, служение в церкви и веру,] Н. П. Храпов Счастье потерянной жизни Николай Петрович Храпов родился в 1914 году в небольшом уездном городке Московской губернии. Ему было всего 20 лет, и он горел первой любовью к Господу, когда его как христианина лишили на 12 лет свободы за светлую веру в Бога. К 1971 году за плечами узника Христова было еще три срока заключения - это еще 14 лет напряженной скитальческой жизни. Будучи членом Совета церквей, Н.П. Храпов 3 марта 1980 года был арестован в пятый раз и, как многие служители гонимого братства, платил высокую цену за независимое от мира служение…