Без свидетелей. Геноцид веры, Элиас Уитмор

емых ее членами. Непрерывная дегуманизация, гнусная клевета и откровенная ложь создавали демонический образ любого, кто был связан со Свидетелями Иеговы. Вскоре после потока этой грязи в дискредитирующих материалах стали появляться фотографии и личные данные членов общины, включая родителей этих детей. Травля вышла на новый уровень. Один из местных телеканалов показал репортаж, где были названы домашний адрес семьи, школа детей и место работы родителей. Их фотографии демонстрировали крупным планом, словно разыскивали опасных преступников. На невинную семью, как и на тысячи других, обрушился шквал общественной ненависти, насмешек и угроз. Знакомые, соседи, коллеги и даже те, кого они считали друзьями, стали их ненавидеть, презирать или в лучшем случае избегать. Казалось, это были те же люди, которых они знали годами, но теперь ими двигало не личное отношение, а навязанное извне мнение. Вчера они были полноправными членами общества, а сегодня их перестали считать за людей. Теперь они были изгоями с позорным клеймом «сектанты». Но самое страшное было впереди. Однажды ночью в окно детской спальни кто-то бросил бутылку с зажигательной смесью. Быстрые действия родителей предотвратили трагедию. Через несколько недель отца уволили, потому что «таким, как он, не место в престижной фирме». Родители пытались защитить свою семью, обращались в СМИ, чтобы опровергнуть ложь, но их голоса тонули в потоке антикультовой пропаганды. Развязка наступила внезапно. Ночью в дом ворвались силовики. Последнее, что увидели дети в тот день, были заплаканные глаза родителей, избитый отец в наручниках и разгромленная мебель во время обыска. Вместе с полицией приехали сотрудники органов опеки и забрали детей. По роковому стечению обстоятельств, детский дом, куда их привезли, находился под контролем тех самых антикультистов, которые и организовали кампанию травли. Жизнь детей превратилась в ад. Их называли «детьми преступников», «детьми экстремистов», «недочеловеками». Воспитатели, движимые ненавистью, издевались над ними и избивали, внушая, что они не достойны жизни. В дополнение к физическому насилию дети подвергались сексуальным домогательствам. Восьмилетнюю девочку, «грешную» и «недостойную», заставляли читать молитвы, пока ее насиловали, «изгоняя из нее демона культизма». Их кошмар не закончился и тогда, когда их забрали из приюта. Однако их родителей не отпустили. Детей увезли в другом направлении. Их просто продали, как товар, — продали те, кто посадил их отца и мать, те, для кого эти дети были такими же «недочеловеками». Девочку привезли в место, куда состоятельные люди приезжали покупать маленьких девочек для утех. Теперь она была не человеком, а товаром, который должен был отработать заплаченные за него деньги. В среднем, около десяти раз в день. Страшно представить, что чувствовал ребенок, подвергаясь изощренному сексуальному насилию. Страшно представить горе и ужас ее родителей, находящихся з