Рубежи детства, Наталья Винс, 2000

ложил всем встать для молитвы. И я оказалась в привычной с детства атмосфере богослужения: пение, проповеди, молитвы. Одним из проповедников был мой папа. Многое изменилось для нас с Петей с того первого собрания в лесу. Из разговоров взрослых мы понимали, что происходит что-то важное, решающее, что в корне изменит жизнь нашей семьи. Папа объяснил, что собрания в лесу может разогнать милиция и тогда его, как проповедника, арестуют и посадят в тюрьму. Еще он сказал, что трудности ожидают не только взрослых, но могут начаться и у меня в школе. «Тебе уже девять лет, ты многое можешь понять, - сказал мне папа. - В той церкви, где мы были раньше, у нас отнимали право жить по Евангелию. Вы с Петей больше года не были в собрании - детям запретили даже заходить в молитвенный дом. Все это делается под нажимом атеистов. Но если церковь подчиняется таким запретам, она отступает от истинного пути, который завещал нам Христос. А твои мама, папа и бабушка любят Господа и хотят жить по Евангелию». Так неожиданно оборвалось наше беззаботное детство: для меня - в девять лет, для Пети - в шесть, а маленькая Лиза совсем не застала тех добрых дней, когда папа по вечерам всегда был дома, читал нам книжки, водил на детскую площадку в парк. Наша семья вступила в суровый период гонений, который растянулся на десятилетия. Окончилось лето, наступил сентябрь 1962 года, я пошла в третий класс. Наши собрания в лесу продолжались. В церкви решено было начать детскую работу, и в одну из суббот мама повезла нас с Петей на первое детское общение. В большой комнате собралось около ста детей от пяти до тринадцати лет. С нами разучили христианскую песню, раздали стихи для рождественского праздника. А еще сказали, что разделят нас на детские группы по возрастам и у каждой группы раз в неделю будут детские собрания. Для этого попросили каждого из нас встать и назвать свое имя и возраст. В октябре в газете «Вечерний Киев» появилась большая статья против верующих, там упоминались и мои родители. На следующий день в школе на первом уроке Людмила Алексеевна рассказывала о жизни первобытных людей, их нравах и религиозных предрассудках. Неожиданно она сказала: «Представляете, ребята, у нас в классе тоже есть девочка, которая верит в Бога, как первобытные люди!» Кто-то хихикнул. Учительница продолжала: «Наукой доказано, что Бога нет, и все прогрессивное человечество давно отвергло религиозные пережитки. Но иногда даже в наши дни встречаются люди, одурманенные религией. Советская школа не потерпит этого среди своих учеников. Мы приложим все усилия, чтобы перевоспитать таких!» Людми