Рубежи детства, Наталья Винс, 2000

кая машина поехала! А вон кошка бежит! Мальчик идет с портфелем из школы!» Сидевшие вокруг люди с улыбкой прислушивались к веселым детским голосам. Вдруг Шура громко спросил: «А ты тоже едешь к своему папе в тюрьму?» Девочка смотрела на него непонимающими глазами. Но ее мать хорошо все поняла: она резко отстранила дочь от Шуры и больше уже не позволила детям разговаривать. На странного мальчика и его маму бросали удивленные взгляды и другие пассажиры. А для Шуры это был естественный вопрос: раз его папа в тюрьме, значит и у других детей папы тоже там. Наконец, мы прибыли в лагерь. На проходной у нас проверили паспорта, завели в комнату для свиданий, обыскали. Через полчаса зашел папа - стриженый, в черной арестантской одежде, с биркой на груди, где указывалась его фамилия и номер отряда. Увидев его, Шура испуганно спрятался за мамину спину. И очень непросто было трехлетнему малышу в первый раз сказать «папа» этому незнакомому человеку. Но нам, старшим, не нужно было заново знакомиться с папой, и мы окружили его, бурно радуясь встрече. Потом все опустились на колени, и папа поблагодарил Бога, что мы опять вместе. После молитвы стали распаковывать вещи. Папа переоделся в домашнюю одежду, которую мы привезли (нам хотелось, чтобы хоть во время свиданий он мог снять арестантскую робу, почувствовать себя в домашней обстановке). Барак для свиданий находился на территории лагеря. По обе стороны длинного коридора - несколько комнат, в конце - большая общая кухня. Помимо нас, свидание с родными получили еще три семьи. Всем выделили по комнате, а нам дали две, так как нас приехало шесть человек. Комнаты маленькие, в каждой помещались только две железных койки с узким проходом между ними, грубо сбитый деревянный стол, тумбочка и две табуретки. Когда обедали, стол сдвигался в проход, и мы садились на кровати по обе его стороны. Свидания становились для нас как бы островками семейного уюта: папа рядом, и вся семья наконец-то в сборе! Мы годами были лишены этого. После первых восторгов встречи мама идет на кухню готовить обед. Я помогаю ей, то и дело возвращаясь в комнату, чтобы достать из чемодана что-то из продуктов. И всякий раз любуюсь мирной семейной картиной: папа о чем-то разговаривает с Петей, маленький Шура уже совсем освоился и сидит у папы на коленях, Лиза с Женей накрывают на стол (мы всегда привозили с собой скатерти, небольшую вазочку, в которую летом ставили собранные возле лагеря полевые цветы, а зимой - еловую веточку). Во время обеда снова нескончаемые разговоры: столько было пережито врозь! После обеда мама достает из чемодана конфет