Рубежи детства, Наталья Винс, 2000

е показалось даже, что она скребется в стекло. Для меня это было, как Божья улыбка. Я ощутила Его близость, заботу и спокойно уснула до подъема». Я в тот вечер вопросов Вере не задавала, сидела в дальнем уголке и только слушала, сопоставляя с тем, что творилось у меня на душе. Я переживала сложный период: появились сомнения в подлинности христианской веры. В нашу школу за два года до этого пришла новая учительница - комсомолка, только что окончившая университет. Узнав от других учителей, что в седьмом классе учится «сектантка», она захотела попробовать свои силы и попытаться перевоспитать меня. Ее назначили нашим классным руководителем. Методы, избранные новой учительницей, отличались от тех, которые применяли ко мне прежде. Шеля Абрамовна ни разу не выставила меня на посмешище перед классом, не пыталась унизить. Всеми путями стараясь вызвать дружеское расположение, она стала беседовать со мной - во время больших перемен просто у окна в коридоре, не вызывая куда-то в кабинет. Узнав, что мой любимый предмет - литература - и я очень люблю читать, она говорила со мной о книгах, о писателях, о любимых героях в произведениях Паустовского, Александра Грина, Экзюпери. Мне интересно было услышать ее мнение, высказать свое, в чем-то согласиться, а о чем-то и поспорить. Меня приятно удивляла ее тактичность: вопросов религии, веры в Бога она не касалась (другие учителя, в беседах со мной только об этом и говорили). Постепенно Шеля Абрамовна стала близким мне человеком, я дорожила ее мнением, мне необходимы стали наши разговоры на переменах. Видимо, почувствовав это, она стала действовать решительнее и как-то завела разговор о моем отношении к Оводу и священнику Монтанелли из книги Войнич. Этой книгой я тогда зачитывалась: Оводом восхищалась за его мужество и преданность своим идеям, Монтанелли мне было просто по-человечески жаль - особенно в кульминационный момент, когда от него требовали подписать смертный приговор сыну. Шеля Абрамовна, резко осудив священника Монтанелли, стала открыто говорить о вреде религии. В результате я замкнулась в себе, стала избегать ее. Но Шеля Абрамовна настойчиво проявляла инициативу, беседы наши продолжались. Она приводила все новые и новые аргументы, что Библия давно устарела, в ней полно ошибок, это доказано наукой. «Пойми, Наташа, христианство - это удел слабых, бесхребетных личностей! - говорила она. - К вере тянутся только те, кто лишен чувства собственного достоинства, не в состоянии бороться с ударами судьбы. Такие люди хотят взвалить все свои жизненные трудности на Бога, для них Бог как подпорка, как костыль для безногого!» Пр