Вестник истины, 2012

. — Отведите его в ту же камеру, — рас- порядился он. Солдат повёл меня, а я размышлял: Господь создаёт идеальные условия, чтобы самое жестокое сердце хотя бы однажды в жизни прикоснулось к Божьей благодати и луч света озарил её небесным сиянием. Путь с Богом чуден от начала до кон- ца. В этот день я радовался Божьим обе- тованиям, которые исполнились и в моей жизни: «велик мир у любящих закон Твой, и нет им преткновения»; «если бы не Господь был с нами, то живыми они поглотили бы нас»; «Ангелам Своим за- поведует о тебе — охранять тебя на всех путях твоих»; «имя Господа — крепкая башня, убегает в неё праведник и безопа- сен...» И многие другие чудные обетования радовали мой дух. По милости Божьей я был избавлен от "гусиного шага", хотя за отказ ходить В колониях Свердловской области совершает служение Уральская группа благовестия строем меня могли сделать калекой. Но Господь повернул ситуацию так, что Его имя прославилось в стенах этого заве- дения. Всё произошло под конец моего пребывания в Свердловской тюрьме. Мой авторитет, как христианина, уже за- крепился среди заключённых. Поэтому, когда я вошёл в камеру, ко мне отнес- лись с почтением, хотя по правилам пре- ступного мира за подобное могут убить, поняв произошедшее по-своему: если с тобой надзиратели ничего не сделали, значит ты «подсадная утка», «работаешь на "кума"» (стал осведомителем). Но в моём случае все понимали, что Бог был моим защитником. Наконец-то в моей жизни наступил ра- достный день: на 21-е сутки надзиратель объявил, чтобы я собирался на этап. Один из авторитетных воров, обращаясь ко всей камере, распорядился: «Ребята, соберите святого в дорогу. Иметь в камере такого человека — честь для блатных. Только ему дано право хо- дить по зоне, расправив плечи, а мы так и будем ходить "гусиным шагом"». Мой мешок быстро наполнился продук- тами. В нём был чеснок, лук, сало, пече- нье, сухари. Этих продуктов мне хватило до следующей тюрьмы. Я их разделил с неимущими на этапе, ведь меня окружа- ли бедные и несчастные. Держал я в руках сумку с продуктами и вспомнил воронов, которые по слову Го- спода кормили Илию. Неприятная чёрная птица... И о мне Господь проявил Свою за- боту через этих преступников. Ожидая, что вот-вот откроется камера и мы расстанемся навсегда, я спросил: — Ребята, не будете возражать, если я помолюсь Богу, попрошу благословения на дорогу и о ваших нуждах помолюсь? — Давай, батя, молись. Так я поступал всегда. Не помню ни од- ного раза, чтобы мне кто-нибудь возразил: «Не надо о нас молиться». Я совершил последнюю молитву в этой камере, попрощался со всеми и отправился на этап, уво- зивший меня в одну из Ом- ских колоний. Последний раз я шёл по коридору, которым шёл когда-то мой отец. Он умер, не достигнув 50 лет, а я? Господь усмотрел для меня особую участь. Я бла- годарил Бога за возмож- ность быть Его свидетелем среди погибающих грешни- ков в этой самой трудной