Вестник Истины, 2010

ному сердцу — великое бла- го. Эта истина способна освободить от двуличия и лицемерия, которы- ми страдают многие де- ти из христианских се- мей: дома одни, в школе другие. В церкви хри- стианин, в мире безбож- ник. Это жалкая жизнь, в которой нужны реши- тельные перемены. В чём секрет верно- го, но совершенно не- понятного для окружа- ющих язычников выбо- ра Моисея? Это весьма интересный вопрос. Его стали обижать в Егип- те? К нему поменяли там отношение? Нет. Просчёт допуска- ют те родители, ко- торые пытаются убе- дить своё дитя в том, что окружающие люди сплошь злодеи и нече- стивцы и в мире вообще нет ничего интересного. Эти представления ра- зобьются вдребезги, ко- гда соседский мальчиш- ка даст ему прокатиться на велосипеде, а учи- тельница в школе уго- стит яблоком и пере- ведёт его за руку через дорогу. Ребёнок пой- мёт, что мир интере- сен, когда увидит са- молёт или будет рас- сматривать сверкающий неоном ночной город. Где же тот точный мотив, помогающий сде- лать верный выбор? Он сокрыт в библейском повествовании: «Моисей отказался называться сыном дочери фараона». «Кто я? Египтянин или еврей? Чей я сын? Меня считает своим и власт- ная египтянка, и скром- ная еврейка. Но я изра- ИЛЬТЯНИН». Когда Моисей, придя в возраст, твёрдо опре- делился чей он и кто он, это предопределило всю его дальнейшую жизнь. Блистающий дворец поблек в своей красе и вдруг стал совершен- но чужим. Египетские сокровища и египетская высокая карьера вдруг перестали существовать для Моисея. Он ведь не египтянин и совер- шенно к этому не при- частен. Моисей очень хорошо знал, что для израильтянина в Египте ничего не предусмотре- но и не предназначено. Знаю, что многие юные друзья живут без этого внутреннего опре- деления: «Кто я и чей я?» Пытаясь внешними починками (участием в оркестре, в деклама- ции, в поездке) подпра- вить своё христианство, они понимают, что тре- щит фундамент. Мир тогда станет для нас чужим, его притя- гательная сила тогда не будет нас магнитить, когда мы станем Божьи- ми, когда ясно и окон- чательно определимся в этом вопросе. Выбор Моисея проис- ходил отнюдь не в таком стандартном вариан- те: на одной чаше весов египетские сокровища, перспектива стать фара- оном, на другой чаше — судьба порабощённого еврея, поношение. Если бы Моисей мыслил так, выбор его был бы дру- гим, жизнь сложилась бы совершенно иначе. Моисей мыслил так: Египет родной для ме- ня или нет? Мой или не мой? Для меня он существует или не для меня? Определившись окончательно в том, что он еврей, Моисей на- всегда охладел к Егип- ту, сохраняя при этом, как полагаю, чувст- во благодарности и по- чтения к приёмной ма- тери и воспылал лю- бовью и состраданием к угнетённому Израи- лю, потому что это был его народ и этим всё объясняется. Пока вы не определи- тесь ясно в том кто вы: дети Божьи или нет, Хри- стовы или мирские, чада света или