← Research LibraryExact extracted unit
Indexed source
Повесть одной жизни, Светлана Волкославская
Available for full-text research. Open the source to inspect original-language passages and page references.
VerificationThe full text is searchable; full source verification is not yet recorded.
Citation checksNo verified references are recorded yet
Research profileNot current yet
Text fragment 141 (not an original page number)
Unit 141 of 147. Only the selected source passage is shown.
ю, Светлану, поскольку вообще питала слабость к малышам. С невероятным
почтением относилась наша бабушка Нюра к Ростиславу, звала по имени-отчеству и
выделяла за столом, подкладывая лучший кусок. Хозяин!
Я думаю, Бог послал нам тогда эту женщину, потому что вскоре после переезда в
Россию у меня снова стало барахлить сердце, и врачи даже предписали постельный режим.
По уграм Анна Ефимовна умывала девочек и препровождала ко мне на кровать —
причесываться. Заплетя три пары косичек, я откидывалась на подушку почти без сил.
Потом я читала, писала письма отдельно Люсе и отдельно Николаю. Изредка мне
отписывала и Лиана. Она всерьез увлеклась обучением живописи воспитанников школы-
интерната для слабовидящих и незрячих. Ей удалось научить их на ощупь различать цвета,
она нагревала краски по степени интенсивности, при этом самым горячим был красный
цвет, а самым холодным — синий. Дети освоили технику рисования пальцами, и их
оригинальные полуабстрактные композиции уже заинтересовали специалистов. Какой-то
меценат из Германии обещал ей устроить детскую выставку в Гамбурге. Кажется, у нее даже
сложились с этим меценатом особые личные отношения. Как же я была за нее рада! Вообще
я очень скучала по всем карагандинцам. На прощание они оформили нам альбом с
фотографиями и памятными подписями. А Лиана подарила мне одну свою работу —
небольшой пейзаж. Я знала, как свободно она обращается с цветом, и ничему не удивилась
бы, но, взглянув на этот подарок, просто застыла — невиданные деревья и цветы росли... на
темно-бирюзовой земле! У меня даже слезы навернулись.
Лиана тогда пошутила, что никто еще не плакал над ее картинами.
Николай — Ростиславу
пос. Карагайлы, 27 января 1973 года
Мир тебе и дому твоему, друг мой!
Несмотря на то, что ты не вовремя отписал мне, я был несказанно счастлив
получить твое последнее письмо. Однообразие и монотонность моей жизни
изредка прерываются глотком свежего воздуха, который врывается сюда в виде
писем. Тогда моя внутренность несколько разжимается, как если бы кто снимал
резинку с горлъпика, и мне становится легче. Я будто бы у вас побывал!
Да, Ростинька, значит, у тебя много было встреч и впечатлений от них.
Искренне радовался, читая твои строки.
С благодарностью я получил и письмо Нины. С небольшим опозданием
отвечаю как раз под завывание рассвирепевшей казахстанской бури, беснующейся
нынче в этом уголке Вселенной.
Мы не выходим на работу по причине буранов уже восьмой день. Несмотря
на то, что живу в этих краях уже тринадцатую зиму, я все еще не привык, я все
еще южанин. Порой мне очень хочется любой ценой уехать отсюда, так все
надоело.
Теперь, что касается тех «преимуществ», которые мне полагаются в связи с
наступлением половины срока и о которых ты хочешь знать подробнее. Теперь я
имею право получать три посылки через определенный срок плюс дополнительное
свидание. Вот и все.
Много думаю о детях. Люблю я их, души в них не чаю, только бы выросли они
добрыми людьми. Не могу
Source excerpts
[Повесть одной жизни, Светлана Волкославская. Книга рассказывает о личной истории девушки, влюбленной в сына священника и бунтующей против семейной религиозной традиции. Описывает мир «духовной вольницы» в контексте противосто] ВЕТЛАНА _ Вол Е 9 Аппотайоп Мы все знаем, как злобны и непримиримы бывают те, чьи религиозные чувства «оскорблены», и что они готовы сделать с «предателями» веры. Эта поразительная книга — о настоящих верующих, людях в чьих сердцах живет прощающая и понимающая любовь. Простая история девушки, которая пела в церковном хоре и влюбилась в сына священника, взбунтовавшегося против семейной традиции, представляет широкому читателю практически закрытый для него мир «духовной вольницы» в стране, где и атеизм, и вера порой одинаково воинственны и беспощадны. е Светлана Волк…