Повесть одной жизни, Светлана Волкославская

— Как свечи на елке... — сказал Ростислав. Я тогда подумала, что в Новый Год хотела бы оказаться рядом с ним. Но это просто невозможно, если учитывать, что мама разрешает мне приходить домой не позже десяти. — И что же истукан? — Истукан — это история империй. У него золотая голова — это сиятельный Вавилон. Серебряная грудь, несколько уступающая золоту, — Мидо-Персия, а медные бедра... — Империя Александра Македонского, — сорвалась у меня подсказка. Все-таки я была отличницей! — Да, Греция, и, наконец, мощные железные ноги — Рим, великий Рим. — Ты хочешь сказать, что Даниил все это предсказал заранее? — я чувствовала восхищение. — Он жил при «золотой голове» и застал также «серебряных» Дария и Кира. А панорама всей последующей истории была открыта ему Богом. — И где же там мы, наша эпоха? — В ступнях истукана — там, где железо смешано с глиной! Это сильные и слабые государства, а не единая мощная империя, как раньше. Ксения Саввишна говорила нам на уроках, что со времен Рима на карте мира глобальных империй не появлялось, хотя многие старались завоевать если не весь мир, то хотя бы всю Европу. Объединяли ее и через браки королевских особ, но все напрасно. — Послушай, Ростислав, — сказала я с энтузиазмом, — а может, еще что-то изменится? Лет так через сто? — Еще одна попытка будет, без сомнения, — ответил он, глядя на меня так удивленно, будто говорить с девушкой на такие темы казалось ему прежде невозможным. — Я не думаю, что появится новый завоеватель, который решится идти в военный поход за мировой империей. Нет, люди сами захотят объединиться, можешь представить себе? Ведь человечество взрослеет и начинает понимать, что непрестанно враждовать глупо и не выгодно. Может быть, объединятся страны для того, чтобы вместе бороться с каким-то общим врагом или решать проблемы выживания на планете... — Это разумно, наверное, — предположила я. — Но в исторической схеме Даниила новое глобальное сообщество не заложено, — воскликнул он. — Поэтому все это будет только попыткой! Возможно так же, что эта попытка будет чревата какими-то издержками. Может быть, в стремлении создать новый мир люди, сами того не понимая, сотворят какое-то великое зло, потому что у Даниила сказано, что именно в этот «глиняно-железный» период ОГРОМНЫЙ КАМЕНЬ оторвется с ГОРЫ и сокрушит все — железо, медь, глину, серебро и золото... — Ты думаешь, этот камень — конец света? — Это начало новой эры. Там говорится так: «И во дни тех царствБог Небесный воздвигнет новое царство...» — Новое царство! Неужели все так и будет? — прошептала я. Незаметно таял день. Мимо проходили люди, уверенные в том, что идут верной дорогой, мужчины и женщины эпохи социализма. Мы тоже поднялись со скамьи и не спеша пошли вниз по аллее к привокзальной площади, где я обычно садилась в трамвай. — Знаешь, — сказала я на прощание, — мне тоже хотелось бы научиться читать Библию так, как ты. То есть вот так много видеть за ее строками. Но для этого, наве