Повесть одной жизни, Светлана Волкославская

а голени величественного истукана, стояшего босиком на земном шаре, вот вырисовывает тонкой кисточкой узоры на широком медном поясе колосса... Это тот самый символический истукан, состоящий из золота, серебра, меди и железа, о котором однажды мне рассказывал Ростислав. Николай не спеша вытирает тряпкой руки и, отступая назад, смотрит на свое произведение, критически поднимая бровь. «Очень здорово», — говорю я. — Послушайте, как Гегель пишет о падении вавилонской империи, — обращается к нам из кухни Ростислав: «Что осталось теперь от этого могучего некогда города? Жалкий скелет! Что осталось от великого царства? Дворцы царей заселили дикие звери... Таков исход дел человеческих? Так сходят на нет государства и народы?» Он появляется в дверях с книгой в руках. — Слушай, Коля! А что, если вот такие короткие цитаты о судьбе каждой империи привести в твоей карте, а? — Ну, что ты! — не соглашается Николай, — места не хватит. — А было бы здорово. -- Всего, Ростя, на одном листе бумаги не скажешь. Вот напиши большую книгу и помести туда все, что хочешь. — Аи напишу, — отвечает Ростислав и снова удаляется на кухню читать. Через окно, лишенное штор, беспрепятственно смотрит в комнату одинокая черная ночь, украшенная далекими звездами и огнями гигантской Магнитки. Синхронно с порывами ветра на улице у нас в комнате то тускнеет, то ярко вспыхивает лампочка, кособоко свисающая с потолка. Я меняю воду в баночке, чтобы Николай мог полоскать кисти. Работы еще много. Нужно изобразить другие символы из книг Даниила и Апокалипсиса — там и львы с крыльями, и медведи с клыками, и пресловутый «Маленький рог», который принесет столько бед человечеству... Николай хочет, чтобы все было представлено четко и наглядно, с соответствующими подписями, историческими справками и датами. Если бы партийная организация предприятия знала, как проводит длинные зимние вечера прораб ударной комсомольской стройки! «Мы покажем им карту, — говорю я, имея ввиду Терентия Потаповича и его друзей, — и тогда они сами захотят поближе познакомиться с нами!» Лампочка, вспыхивающая то ярче, то слабее, допоздна светит в нашем окне. Нина — Инне Константиновне Дорогая тетя Инночка! Благодарю Вас за Ваше теплое письмо. Нет, мы пока не собираемся назад, и были бы рады, если бы Вы приехали навестить нас здесь. Все не так уж плохо, честное слово! Спасибо, что Вы хлопочете о моем переводе на заочное отделение. Конечно, я буду учиться дальше, может быть, со следующего года. На мои последние два письма маме ответа пока нет. Скажите ей при встрече пусть хоть одну строчку напишет. Конечно, она считает нас пропащими и, может быть, хочет наказать своим молчанием, но я люблю ее и буду продолжать писать, даже если никогда не получу ответа. Ростислав работает мастером. Ему приходится много времени проводить на объекте, иногда бывает немало нервотрепки. На днях один из рабочих продал «налево» машину солярки. Ростислав страшно возмутился, и у них в