Счастье потерянной жизни, Николай Петрович Храпов

общины. А хорошо ли, если к вам кто из них пролезет? - объясняет он мне. - Сохрани Господь! Иуда-то никому не нужен, ни нам, ни вам, - ответил я ему. - Вот-вот, ты правильно и хорошо это понимаешь. Поэтому давай мы с тобой договоримся честно и попросту, как кто из приезжих у вас появится, ты меня немедленно предупреждаешь, согласен? - спросил он. - Как не согласиться, ведь это страшное дело - шпион, кому он нужен? - ответил я ему. Тут он засуетился, достал из стола какой-то лист бумаги, заполнил его и подал мне, чтобы я подписал. - А что это такое? - спросил я его. - Да это так, тут ничего особенного нет. Вот о чем мы договорились, ты и подтверждаешь это подписью. Подписывай, не бойся, - пояснил он и сунул мне ручку. 83 - Э-э, нет, начальник, что ж это такое? Все время доверяли друг другу, а здесь и доверие кончилось? Верить, так верить слову, подпись здесь совсем не нужна. Ведь ты же сам сказал: "Вижу, что ты честный человек". Честные подписки не дают, начальник; вот тебе твоя ручка, - ответил я ему. Он так и подскочил. - Так вот ты какой?! А прикидываешься простачком! - Простой я и есть, и был, начальник, потому и не подписываюсь. - Так вот что, - немного спохватившись, заговорил он спокойно. - Дай мне слово, что ты о нашем разговоре никому не скажешь, ни верующим своим, ни даже жене. - Да ты что, начальник, говоришь, чтобы я утаил от церкви такое. Да я убежден, что вся церковь сейчас молится, пока я не вернусь, а ты говоришь: скрыть от церкви! - ответил я. Как он вскочил после того, да как ударит по столу: - Ты что мне тут голову дуришь?! Ты забыл, кто я и с кем ты разговариваешь?! - Нет, начальник, - ответил я ему спокойно, - я знаю, кто ты есть, и не забыл, но и ты знаешь, что я христианин и служитель Божий! Долго он сидел молча и приходил в себя, потом уже спокойно сказал: - Иди домой, следующий раз придешь сам и помни, на что ты согласился. Я посмотрю, на словах ты честный или на деле. Иди! - Вот я и пришел. Давайте поблагодарим Господа за милость Его, - закончил Петр. Семья Владыкиных склонилась на колени и горячо благодарила Бога за все пережитое и милость Его водительства. Скорбные вести стали поступать одна за другой. В Каледино власти закрыли воскресную школу, где в роскошном саду, как в пансионе, воспитывались христианские дети. Туда в свое время мечтал попасть Павел. Закрыли обе христианские коммуны "Вифания" и "Вифагия", куда съездить в гости хоть на неделю считалось верхом счастья. В середине года стало известно, что журнал "Баптист" больше издаваться не будет. Прекратились сборы средств на строительство центрального дома молитвы в Москве,