Счастье потерянной жизни, Николай Петрович Храпов

лялись на малое время, вечера же проводили в приятных беседах, знакомясь друг с другом ближе. По окончании их совместного пребывания, Павел и Катя убедились, что полюбили друг друга чистою, бескорыстною любовью, и в этом объяснились друг другу. У Кати срок путевки заканчивался на два дня раньше; и настал день, когда они должны были расстаться. На прощание они дали слово друг другу, что не забудут один другого, обменялись адресами, обещаниями и унесли, каждый в своем сердце, чувство пламенной любви. Остаток дня Павел провел в сладких воспоминаниях о такой мимолетной, но счастливой встрече. "Неужели я, наконец, нашел то, чего так ждала моя душа, чего искал: свой идеал, свое счастье? - спрашивал он сам себя. - Может быть, на этом придет конец моим неудачным обманчивым увлечениям и, может быть - это та любовь, которая огородит меня от нелепых ошибок?" - так размышлял он, лелея в душе новое чувство к Кате, как дорогую находку. Поздно вечером к нему подсела культорг Люба и, теребя, потащила его на танцы. Павел резко возразил, прежде всего потому, что ему не хотелось нарушать приятные мысли о Кате, а потом... он и танцевать-то не мог. Люба вспыхнула, но не более, как через 20 минут снова подсела к Павлу в вечерней накидке. До позднего часа она рассказывала ему о своих переживаниях, неудачах и развлечениях. На следующий день, рассчитываясь с библиотекой, он пришел к ней за паспортом. Люба достала из ящика его паспорт и пригласила в свою комнату. После развязной, бесцельной болтовни, она положила перед Павлом объемистый альбом с фотографиями, сама же бесцеремонно прилегла на кровать. Одну за другой он перелистывал страницы альбома, с возрастающим осуждением в адрес фотографий. В самых разнообразных позах, большинство - полуобнаженной, видел Павел свою собеседницу. Не докончив просмотр, он отложил альбом в сторону, поднялся на ноги, заявив, что ему пора ехать. Взял со стола паспорт и, положив его в карман, подошел к двери. 127 - Куда ты? Зачем? Неужели так неотложно сегодня? - проговорила Люба, соскочив с кровати, и подбежала к Павлу. Затем, преградив собою дверь, умоляюще повторила: - Останься! Я прошу тебя! Павел резко отстранил ее и толкнул дверь рукою. Она оказалась запертой. Брезгливо повернув ключ, он вышел на улицу, оставив дверь распахнутой, а, выходя, проговорил вслух: - Неужели так, бессовестно, можно опошлить самое дорогое, что есть в жизни, и самого себя? Наконец, неужели все так пошло кругом? ...Неужели, и она такая? - испуганно проговорил он на ходу, подумав о Кате. Торопливо подхватив свой чемоданчик в палате и придя на остановку, он поспешил сесть в, ожидавший его, автобус.