Счастье потерянной жизни, Николай Петрович Храпов

По дороге, как он ни старался, не мог избавиться от той горечи, какую пережил, отравившей его душу. к к Приехав, он застал отца дома, чему был очень рад. Павлу так хотелось излить свою душу, свои обиды, свои переживания. Отец, как будто угадав его мысли, предложил ему: - Я иду на прогулку, ты не хочешь прогуляться со мной, Павел? - Ой, папа, очень рад, а то завтра опять кутерьма и поговорить будет некогда. Пойдем! Выйдя на окраину, Павел выложил отцу всю душу. Тот, не перебивая, молча выслушал его. - Эх, Павел, Павел, - начал он, - как я радовался за тебя, когда, с детских лет, ты служил Г осподу и славил Его Имя. Как радовались с тобою и все окружающие тебя, ведь до сих пор мне, то и дело, напоминают о тебе. А теперь, душа моя так томится и плачет по тебе. Не потому только, что ты начал курить, пить вино, сквернословить - я это все знаю - хоть ты и стараешься скрывать от меня. Я скорблю потому, что грех усиленно крутит тебя, хочет втоптать в грязь самое прекрасное в тебе. Ты отчаянно борешься с ним, но не победишь его. Ты раб греха, сын мой, ибо: "Всякий, делающий грех, есть раб греха... итак, если Сын освободит вас, то истинно свободны будете". Только Христос может освободить тебя от греха, а ты... оставил Его. Ты посмотри, как Слово Божие, посеянное еще в твоем детском сердце, теперь дало тебе силы - оставить блудницу, в самый решительный момент. Тебе надо полностью принять истину, тогда ты, с нею, все победишь. Петр Никитович замолчал, и они оба долго шли, каждый занятый своими мыслями. - Павел, - начал отец, - я не могу скрыть от тебя о тех печалях, какие постигли наше братство: Николай Георгиевич Федосеев впал в грех и отпал. Василий Васильевич Скалдин, ради своих сыновей, отрекся, и вот в газете статейка о нем, - сунул он сыну клочок газеты. - Филадельфийский изменил Господу и братству. Остальные видные братья и, даже сестры, разбросаны по тюрьмам, и некоторые из них уже умерли там, за истину Божью. Тебя же не знаю, когда Господь дождется? Кто понесет знамя истины дальше? На этом они беседу закончили. Петр Никитович пошел на посещение. Сын долго смотрел ему вслед, пока его одинокая фигура не скрылась за забором. Слова отца глубоко запечатлелись в сердце Павла; он понял: не время, праздно проводить дни. Надо, отодвинув все на задний план, найти смысл жизни и ему посвятить себя. Отрезвляющие мысли, одна за другой, осаждали юношу, и он отдался им. Неудержимою силой, пороки стали, как-то сразу, одолевать душу, хотя Павел и пытался, благоразумия ради, освободиться от них. Полюбив Катю, он ожидал, что сможет освободиться от остальных увлечений. Но,