Счастье потерянной жизни, Николай Петрович Храпов

Чего только не произошло в душе Павла после этого случая: где-то подходила досада на то, что лишился такого легкого доступа в университет, попасть куда многие посчитали бы за счастье, но тут же подумал, почему лишился. Пойти туда опять можно было и теперь, найти с ними общий язык и продолжать как раньше. Целый внутренний духовный фронт открылся у Павла в сердце. * * * На заводе положение его не изменилось, и все шло своим чередом. Недавно, на закрытом совещании актива, Павел выступал с речью о поднятии морального уровня заводской молодежи и был особенно отмечен парторгом Марией. Он посещал кое-кого из молодежи на дому. Но внутренние волнения не успокаивались. С отцом говорить о своем кризисе не хотелось. Как-то встретился в городе со студентом из факультета: ему велели обязательно зайти, но он не решался. Так подошли ноябрьские дни, и Павел уехал к Кате. В чемоданчик положил старенькое материнское Евангелие. - Что случилось, Павел? - настороженно спросила Катина мама, спустя некоторое время, как он пришел, - у тебя какая-то перемена? - выпытывала она. - Да оставь ты, мама, со своими предчувствиями, - возразила ей Катя и, обнявшись, они сели за стол. За самоваром немного разговорились, но шила в мешке не утаишь и настроения не спрячешь, особенно тому, кто не умеет прятать. - Клавдия Ивановна, - обратился он к Катиной маме. - Я должен вам открыть один секрет о себе, но секрет очень важный, который может отразиться на судьбе Катюши. Обе они насторожились до крайности. - Сам я - из религиозной семьи, с детства до 15 лет верил в Бога, молился, жил как верующий мальчик, потом, с возрастом, все оставил. Последние годы я стал современным человеком, самым передовым из молодежи, занимая в обществе первое место. Но жизненные вопросы не дают мне покоя. Возможно, что я возвращусь к Богу. Что вы на это скажете? - Ой, Павлик, да что же тут такого? Очень хорошо, верующий-то человек, как человек, у него и совесть в душе, и страх, а неверующий - басурман басурманом. Вот мои сыновья, один - мастер, другой - директор, а дома жизни нет - дерутся да ругаются. Я и сама хожу в церковь, она у нас вон на задах, да и икона "Иверская Божья Матерь" в углу стоит. Катюшу все время водила в церковь, пока она не выросла. Дочь молча, с любопытством наблюдала за Павлом, лицо ее ничего не выражало. - А хотите, я вам почитаю Евангелие, я привез с собою, - наклонившись к чемодану, проговорил Павел. - Читай, это же Божья Книга, - ответила Клавдия Ивановна, и, увидев большой крест на ней, успокоилась совсем. Открыв Деяния Апостолов, 17 главу, он начал читать: "Бог, сотворивший мир и все, что в нем, Он, будучи