Счастье потерянной жизни, Николай Петрович Храпов

Господом неба и земли, не в рукотворных храмах живет и не требует служения рук человеческих... Итак, оставляя времена неведения, Бог ныне повелевает людям всем повсюду покаяться; ибо Он назначил день, в который будет праведно судить вселенную, посредством предопределенного Им Мужа, подав удостоверение всем, воскресив Его из мертвых". Прочитав, Павел разъяснил смысл истинной веры в Бога и коснулся немного заблуждений православной церкви. - Павел, вот ты грамотный человек, видишь и разбираешься, а мы темные люди: в какой вере родились, крестились, в такой и умирать будем. Написано все хорошо и правильно, надо бы исполнять, да видишь, не все получается... 135 Прочитав еще несколько глав, они с Катей решили пойти погулять. - Павел! - держась за его руку, начала Катя, - мне сказали, что больно уж много там девок вьется вокруг тебя. Скажи прямо, не скрывай, может, познакомился с другой какой. Так лучше поступить по честному. - Нет, Катя, ты это совсем выбрось из головы и не слушай бабьих сплетен. Я хочу тебе сказать другое, о чем уже, отчасти, начал говорить дома. Я должен возвратиться к своему Богу и стать настоящим христианином. Но как нам быть с тобой? Ведь ты современная девушка, неверующая, так что же у нас с тобой получится: кто в лес - кто по дрова? Знай, что если я вновь стану христианином, у нас с тобой общего ничего не будет. Вот и давай, мы сейчас серьезно и спокойно это обсудим. - Откуда ты знаешь, что я неверующая? Я-то верю в Бога и крестик в шкатулке у меня хранится. Конечно, я не знаю того, что ты, но расскажешь и буду знать, отставать от тебя не буду, куда ты пойдешь, туда и я за тобой. Павел, знай, что я тебе верю всем сердцем, особенно с прошлого раза, - нагнувшись, приглушенно сказала она ему. Он крепко пожал ей руку и, успокоенный, пошел вперед, обняв ее за плечо. Скоро они решили возвратиться домой, но придя, нашли комнату пустой, так как Клавдия Ивановна ушла в гости. Какая-то непреодолимая тоска сдавила грудь Павла. Он попросил постелить что-либо на большущий сундук в углу, и лег. Катя села у его изголовья и слегка теребила прядь волос на его голове. Павел вначале лежал молча, а потом вздохнул и с глубоким чувством непонятной грусти, запел мелодичным тенором: Скрывается солнце за степи, Вдали золотится ковыль. Колодников звонкие цепи Взметают дорожную пыль. Катя смотрела на него, слушала и чувствовала, что Павел о чем-то тоскует, но понять этого они оба не могли. Постепенно, к приходу Клавдии Ивановны, грусть рассеялась; и они долго беседовали о Боге, о настоящей вере. Говорил он воодушевлено, как будто возвратилось все то, что было им утрачено