Счастье потерянной жизни, Николай Петрович Храпов

ысокий молодой брат, - соседская девочка сообщила как-то, в первые дни войны, что с самолета упала бомба прямо на дом, и на его месте оказалась только большая яма, а уж, что там осталось - не знаю ничего. В костре начали прогорать дрова и разваливаться в стороны. Женя взял одну из головней, собрал все в кучу и, подумав немного, проговорил: - Что ж, братья, собрались, видно, мы сюда подавленные, каждый своим горем, и наподобие этого костра, прогорая каждый в своем огне, развалимся, как эти поленья, и затухнем. В сердцах многих наших близких и родных мы, как видно, заживо погребенные. Может, кто-нибудь из них, взглянув на нас в этот час, не нашел бы в сердце своем ничего, кроме осуждения, мы ведь и достойны этого, так как почти все проповедники. Но ведь жив Искупитель наш, и сегодня весь мир отмечает это. Он не осудил Иоанна Крестителя, но ободрил его, не осудил Илью под можжевеловым кустом, но пробудил его, напоил и накормил. Братья! Неужели милость Божья отвернулась от нас? Нет! Этому, мы свидетели сегодня. Что ж, если мы не можем сейчас поделиться проповедью, не может никто из нас горячо помолиться, но есть одно дело, которое мы можем сейчас сделать. Мы можем встать и спеть, известный нам гимн: "Страшно бушует..." и споем его, как можно сердечнее. Нестройно и невпопад, но действительно сердечно, все, вставши, запели: Страшно бушует житейское море, Сильные волны качают ладью; В ужасе смертном, в отчаянном горе: "Боже мой, Боже! К Тебе вопию". С первых же слов слезы показались на глазах отшельников-братьев и, "поправляясь на ходу", они уже стройно заканчивали, потрясаемые чувством умиления: Сжалься над мною, спаси и помилуй! С первых дней жизни я страшно борюсь, Больше бороться уж мне не под силу: "Боже, помилуй!" - Тебе я молюсь! К пристани тихой Твоих повелений Путь мой направь и меня успокой, И из пучины житейских волнений К берегу выведи, Боже благой! Потрясаемый рыданиями, Женя упал на колени и стал молиться: - Боже! Будь милостив ко мне, грешнику! Будь милостив к братьям моим, ведь Ты знаешь, из какого пекла мы вышли. Ты знаешь, что сотни и тысячи искали и ищут погибели души нашей, и только Ты Один можешь и хочешь поднять и ободрить нас. Пошли нам Ангела, как посылал в Вифезду, но еще дороже - приди и подними нас Сам. Аминь! - Аминь! - дружно и громко повторили все братья, изливая в слезах душу свою, стоя на коленях вместе с Женей. - Братья! - вытирая с глаз слезы, вставши, обратился Комаров к своим друзьям, - давайте, по-братски поцелуем друг друга и поздравим с Пасхой: - Христос воскрес! - Воистину воскрес! ! ! - отозвались ему окружающие и горячо поцеловали