Счастье потерянной жизни, Николай Петрович Храпов

ривезенный гостями чайной колбасы. В поддержании порядка в доме Луша старалась во многом подражать Катерине. Когда Павлушка жил в Починках, там была особая дисциплина. За стол садилось всегда много народу, особенно в деловую пору. На обед посреди стола ставилась большая чашка со щами. Ложки раздавались большущие, деревянные. Пока бабушка не помолится, никто не имел права дотронуться до щей. После молитвы только ложки мелькали, но мяса брать тоже никто не смел, пока бабушка не ударит ложкой по столу. У Павлушки была самая маленькая ложка, и ему всегда казалось, что он больше всех обижен, особенно, когда заглядится в окошко. Перед наступлением нового 1924 года Петр Никитович стал часто и сильно болеть: годы, проведенные в плену, стали сказываться на его здоровье. Было решено, что ему придется с завода уходить и садиться на домашнюю сапожную работу, что, конечно, принесло Владыкиным заметное ухудшение во всем. 57 Морозным январским вечером Павлушка мчался на одном коньке, возвращаясь домой. Вдруг он увидел, как двери клуба с шумом распахнулись и толпа, выбегая и рассыпаясь в стороны, кричала: "Ленин умер! Ленин умер!" Известие это было встречено разными людьми по-разному. Многоголосым эхом паровозных, фабричных, заводских гудков и сирен отметил это печальное событие встревоженный город. Большие портреты Ленина, обвешанные траурной лентой, видны были и в школе, и в других местах города. Гостивший в это время у Владыкиных Николай Георгиевич Федосеев вечером рассказал, как Василий Гурьевич Павлов перед революцией, находясь с Лениным в заключении в крепости, много беседовал с ним о Христе И Его учении, о социальных формах и судьбах русского народа, как впоследствии после революции братство баптистов получило желанную свободу, а сам Павлов встречался с Лениным в Кремле. Николай Георгиевич жил в Москве и по поручению старших братьев совершал служение благовестника по Московской губернии. В Н-ской общине он с женой Анной Родионовной были самыми желанными и любимыми, дорогими гостями. Павлуша был очарован его проповедями и пением. Многим гимнам он научился от них и всегда старался быть ближе к любимым гостям. После отъезда семьи Власовых Павлик привязался к вновь обращенным двум семьям: Пытаеву Федоту Ипатычу с Аришей и Нестору Ипатычу с домашними, у которых он подружился со сверстниками-ребятами и часто подолгу у них находился. Однажды в семье Нестора Ипатыча Павлику пришлось перенести огненное искушение. Придя в гости, он застал семью за обеденным столом. Павлик отказался от приглашения к обеду, взял с комода Евангелие и стал перелистывать его. Неожиданно между страницами он увидел новенький, только что выпуще