Незримая власть Кремля, Алекс Картер

о и нужно бороться самыми решительными методами. И, наконец, четвертый, решающий шаг — доносительство. Собранная информация, обработанная и упакованная в виде «экспертных заключений», ложилась на столы тех, кто обладал реальной властью. Кюннет не просто информировал общественность, он информировал карательные органы. Он превратил «Апологетический центр» в филиал тайной полиции, а себя — из теолога в политического информатора. Он нашел идеального партнера для реализации своих идей, партнера, который не был стеснен моральными ограничениями и обладал неограниченными возможностями для применения силы. Этим партнером стало Гестапо. 1933 год стал переломным. Приход нацистов к власти открыл перед Вальтером Кюннетом и его «Апологетическим центром» головокружительные перспективы. То, что раньше было лишь предметом церковных споров и публицистических баталий, теперь могло стать государственной политикой. Кюннет немедленно почувствовал ветер перемен и поспешил предложить свои услуги новой власти. Сохранились документы, свидетельствующие о его контактах с Рейхсминистерством внутренних дел и, что самое важное, с недавно созданной Тайной государственной полицией — Гестапо. 16 декабря 1933 года в служебной записке руководству Рейхскирхе Кюннет с нескрываемым удовлетворением докладывал: «Гестапо проявило большой интерес к архиву сект „Апологетического центра” и к нашей работе против свободомыслия, марксизма и большевизма. Обмен материалами уже начался». Сделка была заключена. Кюннет обещал Гестапо, что его центр поможет выявить и найти тех, кто действует в ущерб нации и её интересам, а также тех, кто, по их мнению, портит немецкую нацию. Эта идея, изначально принятая властями под благими намерениями, со временем трансформировалась: «Апологетический центр» со своей идеологией постепенно превратил порядочных, интеллигентных и умных немцев в сторонников нацистской идеологии. Кюннет и его центр предоставили готовые «черные списки» врагов, подробные досье и, главное, «богословское» оправдание для преследований. Они дали Гестапо язык и логику, позволившую представить полицейский произвол как защиту национальных и духовных ценностей. «Апологетический центр», в свою очередь, получил в лице Гестапо могущественного покровителя и исполнителя. Теперь для борьбы с религиозными «конкурентами» можно было использовать не только силу убеждения, но и силу государственного принуждения. Кюннет получил возможность уничтожать своих идеологических противников руками тайной полиции. Его центр фактически стал разведывательным и аналитическим подразделением Гестапо по религиозным вопросам. Синергия этого союза была ужасающей. Церковная апологетика, изначально призванная защищать веру, превратилась в инструмент политического сыска и репрессий. Кульминацией этого процесса, точкой невозврата, стал приказ, который превратил теоретические наработки Кюннета в беспощадную государственную практику. 28 октября 1937 года шеф Гестапо Рейн