Вестник истины, 2012

ь открыл окна небесные и излил благословения на наши народы. Чудны дела Господа! Михаил Иванович Хорев и директор Финской народной миссии Пентти Хейнила в тюремной камере, чтобы раздать заключённым Библии. С.-Петербург, «Кресты», 1998 г. ВЕСТНИК ИСТИНЫ №2, 2012 23 ПИСЬМА, ВОСПОМИНАНИЯ ТРЕТИЙ СРОК. СВЕРДЛОВСКАЯ ТЮРЬМА. СЛЕДЫ ОТЦА 1980 год. Начало сентября. Меня везли четверо суток в "столыпинском" вагоне из Волгограда в Свердловск. Новая разлука с родными, с церковью порой угнетала дух, но Господь ободрял, я всегда чувствовал молитвы Божьего народа. Без молитв там невозможно со- хранить бодрость духа. Иногда внезапно приходит радость, и понимаешь, что сейчас где-то усиленно молится церковь. В нашем купе на нижней полке рас- положились парни с Кавказа и непрерыв- но курили какой-то наркотик. Едкий чад душил горло. Конвойные предупреждали их несколько раз, но они не прекращали. Тогда солдат направил в купе струю пены из огнетушителя. Все зэки, и я в их числе, оказались мокрыми с головы до ног. И вот — Свердловск. Высохнуть мы не успели. Погрузили нас в "воронки" и привезли в тюрьму. Свердловская пересыльная тюрьма, через которую прошли тысячи верных Христовых служителей, произвела на меня большое впечатление. Самое торже- ственное произошло буквально сразу. Лег- ко открылась тюремная дверь, и я вошёл в большое фойе. Пол каменный. В центре, где обычно стоят заключённые, от башма- ков, сапог и лаптей протёрлась ямка. На этом пятачке крутились ногами все, кто на протяжении многих десятилетий прибывал в эту старинную тюрьму. С благоговением стал в лунку и я. Думаю: здесь точно сто- ял мой папа! В 1940 году ему было 48 лет. «Подожди, — внезапная догадка обо- жгла сердце, — а сколько же мне сейчас лет? Тоже 48! И это не совпадение!» Для меня этот день и час оказался самым вели- ким праздником: достигнув возраста отца, я стоял точно на том месте, где стоял он! Мне нужно было повернуться лицом к стеклянной стене, за которой на возвы- шении расположился офицер. В руках он держал дела прибывших заключённых. «Фамилия!» - громкий голос офицера за- ставлял каждого из вновь прибывших на- зывать свои данные. Но я настолько погру- зился в размышления, что забыл обо всём. — Ты что, оглох? Фамилия! — повысил он голос. — Простите, — опомнился я, — вы о чём-то меня спросили? Повторите, по- жалуйста. — Ты что, ненормальный? Тут всем за- дают один и тот же вопрос. — Понимаете, — попытался я объяс- нить ситуацию, — мой отец... — У каждого своя история! Фами- лия! — торопил он меня. Наконец я чётко назвал свои анкетные данные. — Скорей! Я бы за это время уже 10 зэ- ков оформил! Глядя на меня, он сверил фото, прикле- енное на личное дело: «Иди!» И я напра- вился к противоположной двери. В тот момент я совершенно забыл, что ещё не обсох от пены из огнетушителя. В душе не было никакого огорчения. Ах, если бы мой отец знал, что через 42 года точно тем же путём,