Пусть воды шумят. Христиане в ГУЛАГе, 1989

во Христе. Пусть Господь мне поможет! Потом, отвечая на вопрос судьи о преступных действиях обвиняемых, молодой человек заявил: - Это мои братья! Я знаю, что они достойные уважения граждане, хорошие мужья и отцы. Они не совершали никаких преступлений. Единственная их «вина» в том, что они христиане. Но я тоже христианин, и я готов сесть на лаву подсудимых вместе с ними, если быть христианином в нашей стране считается преступлением. В конце концов, суд осудил нас: Василия Михина к трем годам, Вениамина Чистякова к четырем годам, а меня к пяти годам лишения свободы. Мой этап из Кавказа до Якутии продолжался сто дней, во время этого я побывал во многих тюрьмах. В тюрьме в Соликамске я провел много дней, размышляя над семнадцатой главой Евангелия от Иоанна, которую знал наизусть. В этой главе находится высокая священническая молитва Иисуса перед Его смертью на кресте. В молитве Господь вспоминает «славу» шесть раз. Например, Он просит Отца прославить Сына и свидетельствует, что Сам прославил Отца Своей земной жизнью, выполнив работу, уготовленную Отцом. Особенно я задумывался над тем, что Иисус сказал о Своих последователях: «И славу, которую Ты дал Мне, Я дал им...» (Иоанна 17:22). «Как Бог создает Свою вечную славу? - интересовался я. - И если перед крестными страданиями Иисус Христос так много говорил о вечной славе Бога , это должно бытъ чем-то важным и значимым». Тюремная жизнь сразу стала легкой и радостной, когда я сосредоточился на славе Божьей. Нечто неожиданное произошло также в Соликамске: надзиратели вызвали меня на свидание! «С кем?» - спрашивал я себя. В этом далеком уральском городе, за тысячу километров от дома, кто мог прийти ко мне на свидание? Охранники ввели меня в комнату для свиданий, а там была моя жена! Жена Маркевича взяла четверых сыновей, чтобы навестить их отца в тюремном лагере возле Якутска, Сибирь . У Маркевичей одиннадцать детей. Нам разрешили получасовое свидание, но даже и такая короткая встреча была бесценным подарком. Моя жена сказала, что наша старшая дочь обручилась с сыном моего друга Вениамина Чистякова, которого осудили вместе со мной. Я передал мое одобрение и благословение, пообещав молиться за них. Я поблагодарил моего небесного Отца за Его заботу о моих детях, об их нуждах, а более всего - об их душах. Когда меня арестовали впервые, моей дочери, которая теперь собиралась замуж, было тринадцать лет. Сестра моей жены пришла к нам в дом и начала нести всякий вздор: «Что за муж у тебя? О чем он думает? Вот, теперь он в тюрьме, а ты осталась одна с детьми! Да не просто с двумя или тремя, а с полным домом детей! Это так он заботится о своей семье?» После того, как она ушла, моя тринадцатилетняя дочь спросила маму: «Почему ты не ответила тёте, как Иисус Петру: «Ты думаешь не о том, что Божие, но что человеческое»?» А теперь моя маленькая доченька была уже взрослой и собиралась выйти замуж за молодого проповедника! Когда я вернулся в камеру посл