Кто решает, во что тебе можно верить, АЛАН ТВЕН

а группа компаний МО Ме@са| Стоир, основанная Марком Курцером, провела ТРО на Лондонской фондовой бирже — первое в истории российской медицинской компании. В результате размещения компания была оценена примерно в $900 млн и привлекла около $311 млн от инвесторов. Курцер оставался основным акционером компании после ГРО. Как отмечалось в публикациях Еогрез, ещё за несколько дней до завершения серии встреч с потенциальными инвесторами Курцер практически не сомневался в успехе размещения: книга заявок была полностью заполнена, а значительную часть заявок обеспечили участники российского рынка. 69 В интервью, опубликованном уже в 2014 году, Курцер прямо формулировал свою цель: «Моя мечта, мечта нашей компании — быть консолидатором». Он говорил, что через пять лет сеть «Мать и дитя» должна объединять не менее 30—35 клиник вместо существующих на тот момент 17, и подчёркивал, что видит потенциал МО Меса Стоир стать крупнейшей частной медицинской компанией в стране. «Я просыпаюсь каждый день с мыслями об этом», — признавался он. 61 Если посмотреть на публичные заявления Марка Курцера и реальные шаги его компании, становится ясно, что развитие группы «Мать и дитя» с самого начала строилось на активном расширении и скупке других медицинских учреждений. Выход «Матери и дитя» на ТРО в 2012 году дал компании крупные финансовые ресурсы, которые были направлены на открытие новых госпиталей и покупку уже работающих клиник. Рост происходил не только через строительство, но и за счёт присоединения готовых медицинских центров, а также через заключение договоров с организациями, связанными с подготовкой женщин к родам и медицинским сопровождением. В результате компания шаг за шагом усиливала своё влияние на рынке платных медицинских услуг для женщин и детей. Эти действия выглядят не как случайное развитие бизнеса, а как продуманная стратегия укрепления позиций и установления ведущей роли в своём сегменте. До разгрома Центра перинатального воспитания и поддержки грудного вскармливания «Рожана» на праздновании 20-летия его деятельности в 2009 году говорилось, что за годы работы помощь была оказана примерно 100 тысячам матерям. 117 Напрашивается вывод, что они были очень неудобными для конкурентов.62 В материалах, связанных с делом семьи Цареградских, высказывается версия о причастности группы лиц к совершению тяжких преступлений против семьи в 2010—2011 годах. В числе упоминаемых фигур называются сотрудники Следственного комитета РФ и Центра по противодействию экстремизму, а также ряд высокопоставленных должностных лиц и общественных деятелей. По словам Жанны Цареградской, её дочь обладала информацией, имеющей значение для расследования, и могла дать показания против этих лиц. Серафима слишком много знала о проделках бывшей управляющей центра Виктории Мовляйко и «команды Дворкина». Позднее, в ходе расследования уголовного дела и при защите Андрея и Пересвета Цареградских, стало известно, ч