Рубежи детства, Наталья Винс, 2000

а. Оказалось, что в ту ночь дежурил очень расположенный к нему офицер, с которым он несколько раз беседовал о Боге. Папа сказал ему: «Гражданин начальник, пять минут назад окончился мой срок. И я хотел бы прямо сейчас выйти на свободу!» Офицер с готовностью ответил: «Хорошо, Винс! Сейчас проверим ваше личное дело». Он снял с полки соответствующую папку, проверил данные, улыбнулся: «Да, это так. Поздравляю с освобождением!» Он пожал папе руку, вручил справку об освобождении и провел к воротам лагеря. Ворота открылись, и папа ступил в ночь. В первые минуты он шел, не разбирая дороги, только бы подальше от лагеря! Он прижимал к груди свои драгоценные записи, которые с Божьей помощью сумел сохранить. Постепенно глаза привыкли к темноте, и он пошел в сторону избушки, где ночевала мама. Когда он постучал в дверь, мама сначала испугалась, но, узнав его, обрадовалась, включила свет, поставила греться чайник. Папа рассказал, каким образом ему удалось освободиться до наступления утра. Они помолились и стали собираться, чтобы уехать с первой же дрезиной. Из Талого родители дали в Киев телеграмму: «Освободился, едем домой». Приехали они через неделю (по дороге посетили церкви в Кизеле и Перми). Дома все радовались встрече. На первом же собрании в лесу папа проповедовал. А после собрания друзья достали из сумок бутерброды, домашние пироги, чай в термосах, разложили все это на расстеленных газетах, и начался церковный обед?. Папу попросили рассказать о пережитом, и эта часть общения растянулась на несколько часов. С возвращением папы домашняя жизнь пошла в новом ключе. Позади остались поездки на свидания, ожидание писем, постоянная тревога о нем. Оживились малыши: папа наконец-то дома! Он играл с ними, рассказывал разные истории, настоящим событием стала экскурсия на целый день в зоопарк. Особенно радовался папиному возвращению Петя: ему было уже 13 лет, он очень тянулся к отцу. Когда папе пришлось расстаться с семьей, мне было 10, Пете - 7, мы были еще детьми. Прошло шесть лет, папа вернулся домой, и теперь ему важно было установить близкие, доверительные отношения с повзрослевшими детьми, понять, чем мы живем, какие у нас интересы. Как-то вечером папа спросил меня: — Ты перешла в 10 класс, через год окончишь школу - а дальше что? Думаешь поступать учиться? Тебе всегда нравилась медицина. — Не знаю даже, что и сказать. Конечно, медицина мне по душе, но не хочется терять английский - не напрасно же я его десять лет учила. Хотелось бы заниматься переводами литературы, есть такой факультет в институте культуры. - Да, но тебе, как христианке, не дадут работать по этому профилю. Да и высшее образование получить вряд ли позволят. те Папа, я давно уже хотела с тобой об зтом поговорить, но просто не решалась. Не хотела омрачать твоих первых дней дома... — О чем ты, Наташа? Говори откровенно. Я твой отец, я люблю тебя, и мне важно знать, что у тебя на душе. - Папа, я не хотела бы тебя шокировать