История жизни Дмитрия Васильевича Минякова 1921-2012 г.г.

Уполномоченный уточнил: «Я — ваш бог! Я поставил его!» Сотрудники милиции и дружинники посто¬ янно разгоняют наши богослужения. Молящихся ВЕСТНИК ИСТИНЫ №1, 2012 (приложение) 31 СУДЕБНАЯ ЗАЩИТА верующих влачат в машины, душат до поси¬ нения. Мы молимся не потому, что нам даны права. Если бы их не было, мы всё равно бы молились. Как гражданин я не противлюсь вла¬ сти. Но если я желаю помолиться Богу, а мне говорят, что прежде нужно спросить разрешения у человека, я буду противиться и не слушать человека, хотя он и облечён властью. В 1963 году меня и четырёх моих друзей судили по 227 статье «за нарушение Законода¬ тельства о религиозных культах». Решением Вер¬ ховного суда мы были реабилитированы. Теперь вы обвиняете меня по 142 статье по тому же делу. Скажите, когда вы поступали правильно: когда реабилитировали или когда снова судите за то же самое? В моём доме проходили богослужения, — раз¬ ве это нарушение общественного порядка?! Это личный дом! Вы говорите: «У соседа открыта дверь». Пусть закроет, если мы ему мешаем. Уж не так громко мы поём!.. Я верю, что буду реабилитирован, если не при жизни, то после смерти. Как гражданин я в руках суда, как христианин — я всегда в ру¬ ках Господа. По несправедливым человеческим судам мы ещё больше убеждаемся, что есть Бог! В результате повальных арестов и обысков верующие лишились духовной литературы. Мы вынуждены пользоваться кустарным печатным ме¬ тодом, что очень трудно. Люди днём работают, а ночью печатают, а атеисты отбирают духовную литературу мешками. Кто дал вам право? Где такой закон? Ведь это наша собственность и печа¬ талась литература не для атеистов, а для нас. На каком основании изымаются «Братские листки», журналы? Да, в нашей литературе есть призывы: «Противостаньте твёрдою верою», «Дьявол ходит, как рыкающий лев, ища, кого поглотить», — но это не значит, что мы атеистов называем дьяво¬ лами. Зачем искажать, если не знаете духовное значение библейских текстов? Судья: Говорите конкретно по процессу. По¬ чему детей вовлекаете в секту? Миняков: Если в школе два учителя держат ребёнка, а третий надевает на него галстук — это свобода? Придя домой, ребёнок говорит: «Никогда не буду пионером!» Верующих детей бьют, — это разве не насилие? Почему родители не должны заступаться за своих детей? Мы го¬ товы умереть за наших детей. Наших детей обвиняют в том, что они поют о небе. Ваши дети поют: «Пусть всегда будет солнце, пусть всегда будет небо». А почему наши дети не могут петь: «Мой дом в стране небесной Среди живых цветов, Где сад растёт чудесный, Где царствует любовь»? Консти