Счастье потерянной жизни, Николай Петрович Храпов

инственным свидетелем его прошлой принадлежности к морской службе. Выкатившаяся слеза была последним прощальным знаком этого человека, отходившего от земного берега. За ворота вынесли его, уже бездыханным трупом... Павел много видел смертей, все они глубоко волновали его, после каждой из них, он ожидал свою, но при виде этой - он поднял глаза к небу и произнес: - Боже, какая это ужасная смерть!... ф ф ф Сверх всякого ожидания, Владыкина с, немногими другими, через неделю, прямо с работы перевели в теплый просторный барак с одинарными нарами, и представление, о легендарном некогда "Свистоплясе", у него готово было измениться. "Чем же он так ужасен? - спрашивал себя в уме Павел. - Здесь все так спокойно, даже не мучает так голод и изнурение, я готов был бы и до конца отбывать здесь срок". 315 Поздним вечером, перед самым отбоем, была особенная тишина. Звезды ярко мерцали на небе, в прозрачном морозном воздухе не слышно было никаких звуков. Единственно, где-то в стороне, монотонно "тарахтел" трактор. Рядом с Павлом около двери барака, куда он вышел перед сном подышать, остановился с папиросой в зубах, один из знакомых ему уголовников. Вдруг где-то вдали послышался то ли треск сухого дерева, то ли нечто, вроде приглушенного выстрела. Загадочный звук стал периодически повторяться, иногда он казался каким-то сдвоенным. Павел невольно повернул голову в сторону, услышанных им, звуков. Они исходили сверху, оттуда, где "тарахтел" трактор. - Слышишь, парень? - мотнув головой в сторону звуков, спросил его, вышедший из барака, человек, - кто-то Богу душу свою отдает - добавил он. И, глядя на недоумевающего Владыкина, пояснил: - Ну, на луну полетел, понял? - А что это такое? - ничего не поняв, ответил ему Павел. - Хм. Неужели ты до сих пор не знаешь? - продолжал тот и, не дождавшись ответа, стал разъяснять: - Вон там - слышишь, наверху над забоями, на склоне сопки у шурфов работает трактор? Это же нашего брата расстреливают да спускают в шурфы, а трактор работает, чтобы не так были слышны выстрелы. Теперь, понял? Владыкин отшатнулся от рассказчика и не поверил, видя на его лице, какую-то странную улыбку, но в бараке (он только теперь обратил внимание) понял, почему некоторых людей утром, при подъеме не оказывалось на местах. Только сейчас дошло до его сознания, почему кажущееся спокойствие на "Свистоплясе" было странным - здесь были врата смерти. Невольно при этом он подумал и о себе: "Зачем я здесь, и каков будет мой выход отсюда?" Впервые, после долгого перерыва, Павел на этом месте совершал молитву к Господу. В ней он просил, не столько о благом исходе из этих мест, сколько о том, чтобы