Баптист, 1908

конъ былъ ужасный пьяница. Часто въ пья¬ номъ видѣ онъ производилъ большой шумъ, такъ что попу приходилось приказывать привязать его къ колоколу чтобы успокоить его. Въ своихъ собраніяхъ они читали слово Божіе, молились и пѣли духовные псалмы. Кружокъ ихъ ста¬ новился все больше и больше, такъ что нужно было позаботиться о большемъ помѣщеніи для собраній. Для этой цѣли они выбрали большую клуню, въ ко¬ торой потомъ и собирались многіе годы. Немного позже въ Рябошапкѣ созрѣло рѣшеніе отправиться для проповѣди Евангелія въ сосѣднюю деревню. Онъ всегда носилъ Евангеліе у себя въ кар¬ манѣ и при удобномъ случаѣ всегда старался про¬ читать изъ него своимъ русскимъ сосѣдямъ, особенно на ярмаркахъ. Еще и теперь на югѣ на ярмаркахъ можно наблюдать слѣдующую сцену: На какую нибудь телѣгу взбирается крестьянинъ, снимаетъ шапку, одѣваетъ ее на палку машетъ ей и кри¬ читъ: «Слушайте, вы торговцы, вы барышники, господа и общественные люди. Собирайтесь! Подойдите! Я хочу вамъ чтото сказать». Народъ сбѣгается и стоящій на возу разсказываетъ имъ, что у него украли ло¬ шадь, или корову; подробно описываетъ украденное и потомъ спрашиваетъ, не видалъ ли кто таковую. Почти всегда найдется кто нибудь, который потомъ и разсказываетъ о томъ, что онъ знаетъ. Рябошапка дѣлалъ точно также. Онъ созывалъ людей, потомъ вынималъ Евангеліе и говорилъ, что у него ничего не пропало, но онъ хочетъ поговорить съ ними о ихъ душахъ, о Спасителѣ и о Евангеліи. Русскій народъ очень воспріимчивъ въ бесѣдѣ на ре¬ лигіозной почвѣ. Народу все прибавлялось больше и больше, чтобы послушать простого крестьянина, гово¬ рящаго о словѣ Божіемъ. Такимъ образомъ многіе уносили съ собой на домъ посѣянное сѣмя Евангелія и если у кого изъ нихъ не было Новаго Завѣта, то тотъ старался пріобрѣсти его при первой возможности. Такъ въ темной массѣ народа загорался свѣтъ Евангелія. Позже Рябошапка былъ избранъ проповѣдни¬ комъ и 40 лѣтъ ироповѣдывалъ о Христѣ въ дерев¬ няхъ и городахъ. Въ петербургскихъ аристократиче¬ скихъ кружкахъ его принимали съ уваженіемъ, не смотря на низкое происхожденіе и малороссійскій выговоръ. Потомъ за «вредную пропаганду» онъ по¬ палъ въ тюрьму, гдѣ ему пришлось перенести раз¬ личныя непріятности. Балихинъ разсказываетъ, что когда онъ однажды посѣтилъ его, то Рябошапка со слезами жаловался ему, что его клопы совсѣмъ заму¬ чили. Позже его сослали въ Елисаветпольскую губ. на Кавказъ, гдѣ онъ и прожилъ 12 лѣтъ. Оттуда его какъ «закоренѣлаго и неисправимаго штундиста» вы¬ слали изъ Россіи. Послѣ долгаго перекочевыванія въ Турціи, онъ прибылъ въ 1898 году съ своей женой въ Болгарію, сов