Рубежи детства, Наталья Винс, 2000

был еще не самым страшным. В этом учебном году к годовщине революции стали готовиться заранее. Для общешкольного праздника нашему классу поручили сделать доклады о пионерах-героях. Учительница сама распределила, кто будет делать какой доклад, мне достался Павлик Морозов. Я хорошо знала его историю: это был пионер, который донес властям, что его отец отдал колхозу только часть своего зерна, а остальное спрятал, чтобы семья не умерла с голоду и весной было чем засеять поле. Когда пришли с обыском, Павлик указал, где спрятано зерно. В результате все забрали, отца посадили в тюрьму, а Павлика соседи убили за то, что он предал отца. Я понимала, что мне поручили доклад о Павлике Морозове не случайно. Если я назову его поступок подвигом, примером для всех, от меня будут требовать, чтобы я подражала ему. Для меня же было немыслимо донести на папу, предать его! Поступок Павлика Морозова я тоже не одобряла. Хотя мне было жалко, что его убили, но своим героем я его не могла назвать. Как же теперь быть? Лицемерить перед всей школой: говорить то, во что я не верю и с чем не согласна? А если отказаться делать доклад, то учительница опять будет кричать, что я позорю наш класс, и потребует назвать причину, почему я отказываюсь от участия в празднике. Домой я возвратилась в очень подавленном настроении. Вечером советовалась с бабушкой, как быть. Она согласилась, что делать доклад на такую тему я не могу. Но в какой форме отказаться? Если я скажу, что не считаю Павлика Морозова героем, это расценится как преступление против советского строя. И вся ответственность тогда ляжет не только на меня, но и на моих родителей. Наконец, бабушка предложила: «А ты скажи, что не можешь участвовать, потому что ты не пионерка - как же тебе делать доклад о пионере-герое?» Я согласилась, но очень переживала, как воспримет мой отказ учительница и одноклассники. На перемене я подошла к учительнице и сказала, что не буду делать доклад. Она стала кричать на меня - так сильно она никогда еще не сердилась. Прозвенел звонок на урок, и она сразу же объявила ребятам, что Вине снова подводит класс. Не дорожит даже памятью о Павлике Морозове, который героически погиб, служа советской власти! Все были возмущены, на переменах со мной никто не разговаривал, все отворачивались, даже Таня. Мне было горько и одиноко, но пойти против своей совести я не могла. После уроков, когда я шла домой, мальчишки из нашего класса избили меня. Сорвали с головы берет, бросили на землю и топтались по нему. Выбили из рук портфель. Защищаться я не умела и только прикрывалась локтями от ударов. Бабу