Незримая власть Кремля, Алекс Картер

рства и вновь встала на службу авторитарной власти. И как и в Германии 30-х, начав с борьбы против «чуждых сект», она неизбежно привела к созданию образа внешнего врага и идеологическому обоснованию «священной войны». История доказала свою пугающую способность повторяться, а методы, рожденные в одном тоталитарном проекте, оказались пугающе универсальными и востребованными в другом. Немецкий след оказался не просто историческим курьезом, а прямой дорогой, ведущей в сегодняшний день. Глава 4. От Третьего Рима к Четвертому рейху В конце марта 2024 года, в Москве, в зале церковных соборов Храма Христа Спасителя, под председательством Патриарха Кирилла завершился ХХУ Всемирный русский народный собор. Его итоговый документ, скромно названный «Наказ», был опубликован на официальном сайте Московского Патриархата. Среди сухих бюрократических формулировок о демографии и образовании прятался абзац, от которого веяло холодом Средневековья. «С духовно- нравственной точки зрения, — гласил документ, — специальная военная операция является Священной войной, в которой Россия и ее народ, защищая единое духовное пространство Святой Руси, исполняют миссию "Удерживающего", защищающего мир от натиска глобализма и победы впавшего в сатанизм Запада». Священная война. В ХХ] веке, в ядерную эпоху. Слова, которые, казалось, навсегда остались в пыльных хрониках Крестовых походов, вдруг стали официальной доктриной крупнейшей религиозной организации страны, неразрывно сросшейся с государством. Откуда взялся этот язык? Он не из учебников по политологии, не из трудов современных стратегов. Этот язык не был изобретен в коридорах Администрации Президента или в аналитических центрах спецслужб. Он был извлечен из глубокого, темного склепа истории, где он дремал веками. Он был тщательно очищен от пыли, реанимирован, заряжен новой, чудовищной энергией и предложен власти в качестве универсального оправдания для всего — для войны, для репрессий, для тотальной изоляции. Чтобы понять, как молитва о спасении души превратилась в призыв к уничтожению «сатанистов», мы должны начать с самой сердцевины русской государственной мифологии, с идеи, которая на протяжении пяти веков определяла и возвышала, и губила Россию. Это идея «Москвы — Третьего Рима». Когда в 1453 году под ударами турок пал Константинополь, Второй Рим, православный мир осиротел. Он лишился своего центра, своего стержня. И именно в этот момент молодое, набирающее силу Московское княжество, только Что сбросившее татаро-монгольское иго, начинает примерять на себя одежды имперского наследника. Брак великого князя Ивана Ш с племянницей последнего византийского императора Софьей Палеолог был не просто династическим союзом. "Это была заявка на преемственность. Византийский двуглавый орел перелетел на московские гербы. И вскоре нашлись люди, которые облекли это смутное предчувствие в чеканную формулу. В начале ХУГ века псковский монах Филофей в своих посланиях к великому кня