Вестник Истины, 2010

рячую пищу давали через сутки один раз в день. Обычно особо провинив- шихся помещали в эту жуткую ка- меру на трое или пятеро суток, люди больше не выдерживали и выходили простуженными и больными. Николай Романович пробыл в «аф- риканке» месяц! Полностью с 27 но- ября по 26 декабря. Чтобы вытерпеть все мучения и выжить, Николай Ро- манович почти всё время стоял на коленях на голом бетоне. Он не пры- гал, как другие, и не занимался физ- зарядкой, чтобы согреться. У него для этого не было сил: он был болен. Он молился и молился! Если бы вы видели его колени! Никогда не забу- ду. На коленях у него плотные, тём- ные, грубые наросты. В молитве Ни- колай Романович черпал силы оста- ваться верным Господу и переносить страдания за имя Его. За пронос трёх головок чесно- ка (он их даже не вынес из комна- ты свиданий) Николаю Романови- чу оформили 11 суток «африканки»; за пронос денег (он их даже не ви- дел) оформили ещё 11 суток. По выходе Николая Романовича из изолятора дежурный по лагерю обвинил его за то, что он не бритый (в ШИЗО арестантов не бреют и в ба- ню не водят), что одет не по форме, нет пуговицы на куртке. Николай Романович ответил, что их в камере не брили, а в куртке он в той, которую ему дали. Всё равно составили протокол за нарушение ре- жима содержания и дали ещё 5 су- ток ШИЗО. — Почему надо мной творят про- извол и явное беззаконие? — спросил Николай Романович дежурного. — Мне приказали дать тебе ещё пять суток,— как бы извиняясь, от- ветил тот. Так издевались над невинным че- ловеком. К концу пребывания в холодной камере у Николая Романовича вну- три всё горело, нога распухла, на ко- лене сосредоточился огромный на- рыв. И тут его вызвал начальник по режиму и заставил писать объясне- ние, почему он всё время молился? Почему спал на полу, а не на нарах? 6 ВЕСТНИК ИСТИНЫ №5, 2010 «По десять часов в сутки я про- водил в коленопреклонённой молит- ве. Это была единственная настоя- щая радость. Я не надеялся остаться в живых, был истощён, потерял силы для сопротивления невзгодам. Только смерть может оборвать мою молитву, а так — никакие си- лы не разорвут моей связи с Богом». За этот мужественный ответ Ни- колая Романовича, больного и изму- ченного, отправили опять в «афри- канку». Он покорно пошёл, но вскоре его вызвали и перевели в зону. Это было 26 декабря 1985 года. На следующий день Николай Ро- манович, превозмогая сильную боль во всём теле, вышел на работу, но работать не смог. Пошёл в санчасть. Осмотрев распухшую ногу, его сра- зу же положили в больницу: гангре- на... Чтобы усугубить его положение и причинить больше страданий, на- чальство дало указание врачам поло- жить его на верхний ярус нар. Нога продолжала распухать, по- крылась багрово-синими пятнами. Опухоль дошла почти до таза. Про- писали какие-то уколы и велели ма- зать мазью, но болезнь не отступала. Вызвали хирурга. Он осмотрел ногу (это была пятница) и сказал, что в по