Пусть воды шумят. Христиане в ГУЛАГе, 1989

а Иисуса Христа. И наиболее радостным было то, что они приходили и приветствовали меня словами: «Христос воскрес!» На следующий день пришел главный врач. Увидев его, я крикнула: «Христос воскрес!» Он взглянул на меня и сказал: «Вильчинская, «Воистину воскрес!» Я была очень довольна. Во время праздников я не встретила никого из медперсонала или заключенных, кто бы не ответил на мое приветствие. Некоторые не знали, как ответить, и просто повторяли те же слова «Христос воскрес!», и тогда я говорила: «Воистину воскрес!» Я получила много пасхальных поздравительных открыток и давала их почитать другим женщинам в моей палате. Хорошее свидетельство! Они восхищались, читая, и передавали другим. Одна женщина в лазарете прочитала все мои письма и открытки и пришла к Господу. После того, как нас выписали, мы старались хоть как-то поддерживать общение, хотя общаться с заключенными из других бригад было строго запрещено. Через забор или в коридоре мы пытались сказать друг другу слова ободрения. Она задавала много вопросов о Господе и Его любви. Эта душа осталась близкой к Господу, и я была очень счастлива, что встретила ее. Через Своих людей Господь совершил чудо моего освобождения. В начале марта пришел прокурор, вызвал меня в кабинет и сказал, что у меня есть возможность вернуться домой. - Просто напишите, что вы больше не будете задействованы в уголовных делах, - сказал он. - Я не совершала никаких преступлений и не могу написать, что совершала. - Вы можете верить во все, что хотите, просто напишите заявление, - продолжали меня уговаривать сотрудники лагеря. Один из них даже намекнул: - Да, вы можете верить и продолжать свою работу - только напишите. - Нет, я не могу лицемерить. Если я буду продолжать мою работу, это означает, что я не могу написать такое заявление, - настаивала я. Они пытались убедить меня, что есть много людей, которые верят в Бога и соглашаются с ними. - Возможно, - согласилась я, - даже демоны веруют и трепещут перед Богом, но посмотрите, что они делают. И есть много людей, которые верят в Бога, но не являются верными Ему. Но Господь не хочет только нашей мертвой веры; он хочет преданности. Я хочу быть верной Ему до конца. Я обратилась к прокурору: - Вы опоздали. Я когда-то пообещала Господу служить Ему с чистой совестью, и я до своей смерти не могу предать Его. Я ничего не буду писать. - Значит, вы не хотите возвратиться домой. Вы можете продолжать расчищать снег, - грубо сказал он. Я встала, спросила разрешения уйти и пожелала, чтобы Господь дал ему силу увидеть Его красоту и узнать истину, а потом ушла. После этого визита прокурора я стала известной и среди заключенных, и среди начальства. У меня была возможность разговаривать со многими о Господе и объяснять, почему я не приняла помилование. Начальники всех бригад подходили ко мне, спрашивая: «Почему вы не хотите вернуться домой? Какой ваш мотив оставаться здесь?» Меня даже вызывал очень важный человек в лагере