Пусть воды шумят. Христиане в ГУЛАГе, 1989

подобии, как Он сделал в первый раз. - Но именно так я пришел, так, как ты меня видишь! - Как ты можешь говорить, что ты Христос, когда используешь такой грязный язык? А твоя жизнь по твоим описаниям полна греха. - Я не использую ругательств, когда говорю с тобой. Я ругаюсь, когда говорю с неверующими. Разве ты не помнишь, как я выгнал хлыстом продавцов и покупателей из храма? Я разгневался на них! Я показываю свою ярость и использую ругательства только по отношению к неверующим. Я пытался его игнорировать. Я встал и начал ходить по камере, напевая себе: «Любовь Христа безмерно велика...» Он подошел ко мне и сказал: «Ты поешь обо мне». Он пытался выучить слова и мне подпевать. Как-то раз, когда мужчин из папиной камеры вывели в прогулочный дворик, я приподнялся к окну. Человек, называющий себя Христом, сделал то же. Он копировал все мои движения, подражал каждому моему жесту. Я позвал из окна: - Папа, этот человек говорит, что он Христос и что он пришел судить мир! На следующий день я снова поднялся к окну. Этот мужчина сделал то же. - Папа, - крикнул я, - как он может быть Христом, если он ругается и использует грязный язык? Он лжехристос! - Именно так и есть, - ответил отец, - он - лжехристос! После этого тот человек перестал меня донимать. Приблизительно через месяц меня, папу и Галину перевели в другую тюрьму. Когда я вошел в камеру, то сказал: - Мир вашему дому! Заключенные ответили: - С миром принимаем! Они были настроены на разговор. Они задавали вопросы о моей вере, о Боге, а также спрашивали, по какой статье Уголовного кодекса меня обвиняют. Когда я объяснил, многие были удивлены и возмущены. «Как такое может быть? Тебя посадили в тюрьму за веру в Бога? Но у нас нет законов против веры». Я находился в той камере приблизительно два месяца. Сначала другие заключенные относились ко мне очень хорошо. Но потом в тюрьму пришли следователь и агент КГБ Малышев и начали вызывать заключенных, настраивая их против нас. Они говорили, что мы только притворяемся верующими, а на самом деле нас арестовали на вокзале, что у нас были ножи, с которыми мы бросались на пассажиров и заставляли их поверить в Бога. Отношение заключенных к нам стало меняться. Они возвращались с этих разговоров и кричали: «Вы врете о том, что вы верующие! Вы просто антисоветчики!» Сначала я пытался объяснить, но понял, что это бесполезно. Потом я просто пытался хранить молчание. Ночью, когда я спал, другие заключенные бросали в меня ботинки или поливали холодной водой. домой Валентина все еще улыбается. возвращения Валентина с молодежной группой из своей церкви. Как-то меня перевели в камеру для троих людей. Другой человек в камере был арестован за взяточничество, а в тюрьме работал доносчиком. Его отношение ко мне было абсолютно неподобающим. Он вел себя отвратительно со мной, например, плевал в мою еду. Он пытался выудить из меня информацию для следователя, но ему не удавалось. Я находился с