Кто решает, во что тебе можно верить, АЛАН ТВЕН

о у Вас других средств к 96 существованию не осталось, работать Вам не дают, Вы ощущаете какие-то угрозы со стороны? Вам предъявлено обвинение? Жанна: Нет. Мне не предъявлено никаких обвинений. Ведущий: Что касается дальнейшего вашего нахождения в России, есть ли какие-то опасения за свою жизнь? Жанна: Несомненно они есть, потому что мне пытаются предъявить обвинения, они не предъявлены, но есть такая попытка... Так скажем, правоохранительные органы Калужской области продолжают стряпать дело о том, что я являюсь представителем секты, что как бы мы с моим мужем организовали секту и они хотят предъявить мне обвинение, но пока никаких в общем-то обвинений предъявлено не было и сформулировано не было. То есть, ни одного документа не получено, нет ни одного документа, который бы говорил о том, что там что-то такое есть серьёзное. Моему мужу предъявили обвинение по поводу того, что он якобы руководил организацией неправильной экстремистского толка, но это обвинение оно полностью противозаконно, потому что, во-первых, оно предъявлено задним числом, то есть сроки давности давным-давно ушли. Во- вторых, там огромное количество совершенно непроверенных вещей и совершенно невозможно проводить следствие как бы за спиной у того человека, которого пытаются обвинить. Ведущий: В России ведь существует достаточно серьёзный орган, который помогает зашитить права, правозащитники. Вы пытались обращаться к ним? Жанна: Да, конечно. Мы пытались обрашаться к правозащитникам и собственно говоря у нас постоянно ведется сейчас юридическая работа в этом направлении и когда прошла кассация по моему мужу и Калужский Областной суд, несмотря на все доказательства невиновности, то есть было доказано что он невиновен, были приведены все аргументы, все экспертизы... Суд их просто отклонил и сказал: «Нет, мы хотим тебя посадить». Вот это буквально вот так вот и было сказано. То, что там была нарушена Конституция по пяти пунктом, это никого не волновало. Суд говорил, что мы знаем Конституцию, уйдите от нас со своей Конституцией и в общем-то на все как бы веские аргументы просто 97 было принято такое решение. Поэтому после кассации было понятно, что в России мы этого дела больше не решим. Я обратилась к правозашитникам и мы написали жалобу в Европейский суд». 46 Жанна Цареградская прямо называла происходящее рейдерским захватом с использованием ресурса сектоведов. Дворкин не просто критиковал методики — он уничтожал репутацию, что привело к уголовным делам и разгрому центра. Из сообщения директора центра «Рожана» Караваевой Юлии: «06.09.2010 г. я была вызвана в ГУВД г. Москвы в отдел по борьбе с экстремизмом для дачи объяснений по моему заявлению... Беседу проводил полковник милиции, начальник отдела по борьбе с экстремизмом Каймак Олег Васильевич и майор милииии Семенов Никита Игоревич... В ходе разговора Каймак О.В. рассказал мне, что Центр «Рожана» всех раздражает тем, что «не похож ни